Хозяева Прерии

рядом с домом арбузоводов новенького грузового коптера выкатилась Яга, схватила её в охапку и принялась всячески тискать, почемуто подвывая. Как она в таком состоянии вела машину?
Лёгкое марево над ступицами вращающихся по инерции роторов указывало на то, что вела её Яга очень быстро, на верхнем пределе мощности, который могла ей позволить следящая за температурой бесколлекторников автоматика. Неужели с Ярном чтото случилось? Да, вроде нет. Вон он выбирается из тесного пассажирского отсека, в котором за его спиной угадываются тюки и ящики. Или беда с кемто из её сыновей? Тогда бы она мчалась к ним, а не сюда.
– Жива, кровиночка! Хвала Гаучо! – ещё не легче. Имя собственное местного солнца – центральной звезды системы – старожилы поминают, только если их переполняют самые сильные чувства. Это словно божество какоето, символ существа, дарующего жизнь. И Ярн ёще с другой стороны навалился с объятиями, чего от него, обычно, вообще не дождёшься. Совсем стиснули бедную девушку.
Пискнула полузадушено: – Пустите, а то я описаюсь.
Уфф! Вздохнула полной грудью.
То, что Яга вся в слезах, это ладо, но почему так подозрительно блестят глаза у дедушки?
* * *
Дед не стал томить свою внученьку, темнить или разводить турусы на колёсах. Сунул Делле в руку бирушу и велел прослушать запись.
Сначала шли негромкие ритмичные звуки с медленно нарастающим темпом, чтото слабо поскрипывало, слышалось дыхание и когда пришло понимание того, чем сейчас заняты подслушиваемые, девушка покраснела. Вот, ктото спокойно занимается этим самым в своё удовольствие, и только ей, бестолковой, никак не удается – всё время, то клин, то палка.
Потом прозвучал женский писк и всё стихло. Чуть слышные шелесты указывали на то, что какието движения всётаки происходят, но представить себе ничего не удавалось.
– А ты всё такой же жадный до меня, – это же Стёпкина мама! Её голос. Интересно, с кем это её застукали?
– Такой сладенькой, как ты, никогда не насытишься, – баритон папеньки. Забавно, чего это ради комуто вздумалось прослушивать супружескую спальню?
Звозились, послышался смешок, и Делле стало стыдно. Уже хотела вытащить наушник из уха, как разговор коснулся её.
– Как тебе подружка Стива? Мне кажется, она могла бы быть и ростом повыше, и лицом приятнее, да и фигурка у девочки не идеальная, – женщина, конечно, прежде всего, обращает внимание на внешность. – Но если она его занимает – почему бы и нет. В конце концов, юношеские увлечения так мимолётны. Сбегутся, разбегутся, зато будет что вспомнить. Мне кажется, Деллочка достаточно умна, чтобы не строить в отношении нашего сына планов с дальним прицелом.
– Боюсь, рыбка моя, ты не вполне правильно оценила ум этой замухрышки. Нашего сыночка она полностью себе подчинила и, поверь мне, уже не выпустит из своих цепких пальчиков. Как это ни больно, но уйти ей придётся. Насовсем. Понимаешь, мимолётное увлечение – это был бы прекрасный вариант, но ты ведь знаешь нашего оболтуса. Он как осёл упрямый, и ни за что от неё не отступится. Бросит всё, сломает карьеру и себе и мне, но будет держать её за руку и, высунув язык, преданно смотреть в её водянистые зыркала.
– А причём здесь карьера? – маменька в недоумении.
– Она дочка осуждённых наркоторговцев, и, если Степан будет продолжать появляться с ней на людях, об этом неизбежно станет известно. А у меня появилась надежда на повышение. На второго заместителя первого помощника нашего шефа отыскался коекакой компромат, так что непонятно, усидит ли он в своём кресле. Ну а моя кандидатура на этот пост, считай, очевидна.
– Да, пожалуй, связь такого рода тебе ни к чему, да и Стиву через год отправляться в университет с таким хвостом…
– Университет, это формальность, как и последний класс школы. Ты же понимаешь, что обеспечить сыну документы о сдаче экзаменов экстерном – это не такая уж и проблема. Важно то, что он уже на хорошем счету. Его через два раза не третий ставят начальником смены. Дефицит кадров у диспетчеров просто катастрофический, а он справляется, так что с ним уже толковали о переходе на руководящую работу. Представляешь? В егото годы. Да о таком старте карьеры я даже мечтать не смел. Что ни говори, Стёпа у нас парень ответственный, старательный и способный.
– Весь в тебя, мой ненасытный!
Опять завозились. На этот раз супруги радовались друг другу значительно дольше и дышали тяжелее. Теперь Делла слушала звуковое сопровождение воссоединения влюблённых чуть отстранённо – нехорошо завидовать. Да и, признаться, сына своего они любят понастоящему, что вызывает уважение. С другой стороны, если на то пошло, встречаться со Степашкой она может и тайком, и детишек нарожает, никого об этом в известность