Хозяева Прерии

у вас, наверняка, есть – тащите.
Варить без флюса – это точно была бы халтура, а так – несколько наваренных выпуклостей, потом чуть уточнить надфилем, засобачить плотненько – нету люфта. Опять шток в гнездо, кольцо в проточку, короткий проблеск сварки – и оно больше никогда отсюда не слетит. Крутанула барабан – нормально идёт. Щёлкнула пакетником. Гы. Вот откуда ноги растут. Вернее, если смотреть на это глазом обывателя, то всё нормально, но чуть слышна почти неуловимая вибрация – это же частота электрической сети.
Остановила агрегат и сняла крышку щитка. Они – родимые. Конденсаторы, приспособленные для сдвига фазы. Причём, не просто, а для использования однофазной сети для привода трёхфазного двигателя. Порнография! И сами кондёры – фуфло. Этот тип столько не служит, сколько получается от даты их выпуска до сегодняшнего дня. Поискала по соседним щиткам – точно, все три фазы в дом приходят, но раздаются на освещение по одной, так что с виду и не скажешь, что можно просто всё сделать как следует. Полная ерунда. Каждый исполняет свою часть работы и больше ни о чём не думает. А потом эти умники собираются большой толпой и ищут когото виноватого в том, что живут они не так хорошо, как им хочется.
Оторвала от удлинителя провод и скоммутировала всё как положено, как раз для подвода двух фаз этого оказалось достаточно. В щитке перекусила лишние связи. Пакетникто трёхфазный. Включила – работает. И никакой вибрации. Свернула шнур сварочного аппарата на его корпус и затолкала в кармашек рюкзака. Всё. Чаю!
Парень изза стойки подал цветастую тряпку, сухую, чистую и измятую, ею руки отлично оттерлись от остатков смазки. А юноша ещё плеснул из нарядной бутылки на край вытирушки, и чернота от пальцев отошла окончательно. Делла вернулась к столику, положив на старое место снятую ею же скатерть. Хозяин выволок из подсобки поднос с тремя кружками, горкой кусков нарезанного батона и корытцем «Волны». Он и его сын, как ни в чём не бывало, устроились на соседних стульях. Правда по пути бармен поставил перед парой ранних посетителей по кружке с пивом, видимо, чтобы были заняты и не мешали.
Хороший чай, свежий хлеб и плавленый сыр. Отлично.
– Я Фома, – представился хозяин заведения, – а это сын мой, Федот. Про тебя нам Яга рассказывала. Рад, что этот старый ворчливый барсук твой дед не сдаёт позиций, – показал глазами на переломку, подвешенную за ремень на крюк, укреплённый на столбе. – Всё ещё жив, хотя и считает, что стрелять надо только один раз, и только хорошо подумав.
– Ну да. Если хищник напал, то, кроме пули ему в левый глаз, других шансов у тебя нет, – Делла знает, что говорит.
– Часто встречались? – Федот неподдельно заинтерсован.
– Три полосатых амфициона и один серый. Они обычно выше держатся в лесах предгорий, в наши каньоны забредают редко. А ужасных волков пастухи приучили бояться людей, так что их даже голосом можно отогнать, только интонации должны быть строгие, и к логову соваться не стоит, пока щенки слепые.
Вот сидит девушка за одним столом с двумя практически незнакомыми мужчинами, которые на неё откровенно пялятся, и превосходно себя чувствует. У неё нет никаких забот – каникулы.
– А шкуры ты с них сняла? Ну, с амфиционов подстреленных?
– Сняла. Только первую запорола. Из неё Яга всего две муфты выкроила.
– Ты, наверное, на Землю подашься, учиться? На геолога, не иначе? – Фома не столько спрашивает, сколько утверждает, и Делле нечего прибавить к его словам. Или возразить. Так что он продолжает:
– Это ведь раньше у нас тут глухо было и тихо. Только экспедиции из университетов да академических институтов сменяли друг друга, считай, от двух до пяти штук всё время гденибудь чтото да исследовали. А нынче я им уже и счёт потерял. Вон, даже целое управление построили по геологической части. Рейсовики на Землю каждый день летают и везут народ, и везут. А только чует моё сердце, неладно с этим чтото. Мы с дедом твоим немножко беспризорничали, ну не так, чтобы по помойкам объедки собирали, а рабочими устраивались в экспедиции – там кормёжка всегда нормальная и спецовки добротные выдают – так по всему выходит, что от добычи здешних руд никакой выгоды получить невозможно. То есть, конечно, дофига всего полезного, но, чтобы оно гдето в одной куче лежало – да ни в жисть не поверю. А тут, слышь, комбинат заложили, и народ туда толпами завозить собираются.
Если что – не вздумай к ним подаваться. Не может такое дело без жульства обойтись.
На веранду с улицы вошла девушка, похожая на принцессу. Белый брючный костюм, внимательный, какойто «сканирующий» взгляд. Федот мигом юркнул за стойку и изобразил на лице готовность быть полезным, а батюшка его поправил скатерть на самом уютном столике и мощной