атмосфера в таверне здорово переменилась к лучшему, лишившись налета недоверия и приобретя взамен теплые дружелюбные нотки. Трактирщик, только что не пританцовывая, прошелся вдоль стойки, встал напротив демонессы и уставился ей в глаза:
— Кто угодно мог скопировать твою внешность, да и вооруженная толпа за твоей спиной не располагает к откровенности. Кое-кто мог даже доискаться до нашей системы паролей и отзывов. Но вот чтобы хоть какая-нибудь шваль, да хоть сам феникс, хлебнул этого пойла и не отбросил перья на месте, измазав мне собой все стены, — вот этого точно быть не может. Добро пожаловать домой, Сетэль Аполейская! Мы готовы служить тебе!
Демонесса, с торжествующей улыбкой повернувшись к своим спутникам, пояснила:
— Это Цейтор, мой первый помощник в то время, когда Алой Армией фениксы еще пугали птенцов. Настоящий боец, хоть по виду и не скажешь. — Сетэль оглядела привставших демонов из числа посетителей и обратилась к трактирщику: — Что, друг, все наши здесь? Неужто действительно ждали меня?
— А как же иначе, вся наша гвардия регулярно здесь сидит. И сейчас, как видишь, чужих не держим. Никто не знает конкретно, что произошло этой ночью, но нечто ощутили все от мала до велика. В основном пока предпочитают сидеть по домам, многие снова захрапели — мол, утром все разрешится. Но пташка на насесте посредине площади беспокоится, я это заметил, когда выходил, — значит, что-то у них сорвалось в их войне. А раз где-то что-то пошло не так, то ты будешь в самом центре бучи, уж мне ли тебя не знать!
Сетэль издала короткий смешок, и все облегченно поддержали ее, радуясь возможности сбросить напряжение последних минут. Девушка отхлебнула еще чуток своей любимой лавы и указала на гномов:
— Вот они точно знают, что произошло. Да вообще все, кто сейчас со мной, совершили невероятное: нападение на Армон-Дарон отбито, фениксы обмишулились! Ух, что там было! А как они меня спасали… — Демонесса стрельнула глазками в паладина, заставив того раскашляться, а трактирщика — понимающе хмыкнуть. — Но, скажу я вам, сейчас не время праздновать. До утра, до того момента, как солнце поднимется над урезом восточных гор, осталось меньше часа, и нам надо что-то сделать. Если феникс в Аполее будет жив к началу дня, наша песенка спета, мы их не сдержим, и не останется уже никакой надежды. Если даже вмешается великий маг Империи Радимир, отлично себя показавший, не изменится ровным счетом ничего: его сомнут превосходящими силами. Это значит, нам надо что-то придумать, и срочно. — Демонесса уставилась в кружку. — Вот только что?
Альтемир, от которого уж точно никто ничего не ожидал, шагнул вперед, быстрым и не терпящим возражений жестом отобрал у Сетэли кружку и отодвинул в сторону:
— Пока что ты нас всех ведешь, а голова должна быть чистой. Каковы вообще силы врага, что вы собираетесь делать после того, как, предположим, каким-то чудом завалите феникса? А, великие стратеги?
— Здесь-то как раз ничего сложного. — Демонесса, решившая было возмутиться по поводу самоуправства «унылого трезвенника», мгновенно переключилась на решение насущных проблем. — Я уже говорила, мы не воюем, и профессиональных воинов среди нас нет. Сражаются только те, кто желает этого и кто может создавать как можно больше прислужников. Те, кто при этом присягает фениксам, получают от них силу и становятся сильнее, но стоит убрать саму курицу, как ее цыплятки мигом примутся плясать под нашу дудку. Так что наша единственная, но не крохотная проблема именно в том, чтобы разобраться с Солнечной птицей.
— Вряд ли это такая проблема. — Паладин многозначительно покрутил кружку на стойке, добившись того, что от неловкого движения выплеснулась небольшая волна и принялась целеустремленно проедать стальную латную перчатку.
— Слушай, парень, у нас мало времени, давай быстро и по существу! Нагнетать таинственность не с нами будешь! — Снор ткнул человека под ребра, побуждая его поторопиться.
— Хорошо-хорошо. — Альтемир слегка поморщился, потирая бок. — Еще в бытность свою паладином имперской Церкви я заметил, что в Мирбурге, нашей столице, все наши умения действовали сильнее. Тогда, разумеется, этому факту я значения не придал, тем более что мне моих сил везде хватало для успешной борьбы со злом и его омерзительными порождениями. — Паладин совершенно бесцеремонно и в упор поглядел на мило улыбнувшуюся в ответ демонессу. — Ну а потом я узнал, что Солнечные птицы — это высшие демоны. И как обмолвился Оцелот, они дают своим последователям силу. Мне-то вряд ли, поскольку сейчас я выступаю против них, но принцип действия я помню. И смогу повторить, оттянув энергию феникса на себя.
— Эй, парень, а ты не боишься изжариться? Может,
