равновесие и плюхнулся на задницу, сложив лапы. И сразу перестал казаться хоть сколько-нибудь опасным.
Вокруг глаз у местного медведя странной породы красовались черные круги шерсти, и один из них паладину удалось закрепить самое меньшее на неделю. Шерсть втягивалась, уступая место одежде. Все оборотни мира многое отдали бы, только бы им рассказали этот секрет. Медведь терял габариты, пока не превратился в рыжего мужчину в видавшей виды, но аккуратной кожаной одежде, судя по цвету глаз — однозначно демона. Он осторожно потрогал синяк, со свистом втянул воздух сквозь зубы и безрадостно заметил:
— Ну родные круги под глазами, характерные панде, я еще терпел. Но чтоб щеголять ими и после превращения… — Мужчина, скривившись, тягуче, с непередаваемым чувством процедил какое-то неизвестное паладину слово. Зато Сетэль густо покраснела, сравнявшись по цвету со своей роскошной шевелюрой, и воскликнула:
— Ну, папа!..
Теперь настал черед Альтемира удивляться. Сидящий на траве мужчина, впрочем, не выглядел особо смущенным и тут же пошел в атаку:
— Что «папа»?! Папа искренне удивляется, что за парня ты наконец себе отыскала. Какое потрясение на старости лет — получить от дочкиного кавалера в глаз при первом знакомстве! А ведь я просто хотел обнять свою кровиночку после долгой разлуки!
Паладин, у которого уже начал нервно подергиваться глаз, неопределенно замычал. Сетэль тут же грациозным движением руки поддержала ему нижнюю челюсть, проворковав:
— Не потеряй ее, дорогой.
И повернулась к отцу:
— Он-то ринулся меня спасать от лесного чудовища!
— Откуда ты это знаешь?!
— Папа, ну раскрой ты глаза, посмотри на нас!
Отец, приглядевшись к узорам на лице молодежи, присвистнул. Демонесса утвердительно кивнула, закрепляя успех:
— Я, конечно, понимаю, что тебе для работы легче шастать в шкуре этой своей панды, чтобы тебя все лучше понимали, но мог бы хотя бы для встречи со мной стать нормальным демоном! Клыки-то ты себе не чистишь, например!
Альтемир, заметив вытянувшееся лицо отца и почувствовав, что обстановка нуждается в срочной разрядке, невероятным усилием воли подавил желание с большим скандалом выяснить несколько собственных вопросов и довольно мирно (хотя и совершенно не к месту) поинтересовался, обращаясь к демону:
— А кем вы работаете?
— Лесник я. — Мужчина, явно радуясь возможности рассказать о любимом деле несведущему, мигом успокоился. — Да без моих усилий здесь бы давно одни пеньки остались! Деревья на праздник они в свой город тащат, строить им постоянно что-то надо, дровишки тоже каждому нужны, да и от хорошего жаркого из красного оленя тоже никто не откажется! — Демон, коснувшись любимого предмета, выпрямился и начал сопровождать свои слова скупыми, но выразительными жестами, словно был привычен к ораторскому искусству. — Впрочем, что мы стоим-то, пойдем ко мне в избушку, тут до нее буквально несколько шагов.
Паладин, как завороженный, позволил леснику приобнять себя за плечи и направить на нужную тропинку. Сетэль, очевидно более привычная к замашкам своего отца, только вздохнула и поплелась следом, всем своим видом показывая, что выслушивать «рассказы и повести бывалого лесничего» она будет уже в сотый раз.
Аккуратный домик лесника Селя, как он представился в ходе разговора, и впрямь находился в нескольких шагах, но за это время паладин успел буквально утонуть в море различных сведений о травках, кустах, деревьях, зверях, птицах и насекомых. Демон оказался не просто словоохотливым, а воистину незатыкаемым — даже когда он привел гостей в избушку и, запросто усадив их за стол, принялся искать угощение, он все равно что-то насвистывал. Паладину подумалось, что чудесная гармония в лесу обеспечивалась просто: если звери не будут слушаться лесничего, он заболтает их насмерть.
На стол тем временем встала глубокая глиняная миска с чем-то темно-коричневым, почти черным, и липким даже на вид, а рядом улеглась половина ковриги свежего хлеба. Сель, улыбаясь, оперся руками на стол, нависнув над своими гостями, и взглядом указал на еду. Альтемир, незаметно сглотнув, вежливо поинтересовался:
— А это что?
— А это мед! От диких пчел. Луговой и цветочный с этим чудом и сравнивать нельзя. Правда, и достать его сложнее — бывало, что рой за своими запасами прилетал куда угодно. — Человек и демонесса одинаково дернулись и заозирались по сторонам, вызвав взрыв веселья со стороны лесника. — Да ладно, это я так! На самом деле у меня этот мед имеет еще одно приятное свойство: он всегда идет отдельно от пчел, а не в комплекте, хе! Со мной всякая тварь дружна. Да вы ешьте, ешьте. О делах потом поговорим.
Альтемир только
