к Стене земли и запад, по которому, вдоль гор Армон-Дарона, проходили основные торговые пути людей и гномов. Во всех остальных землях царил хаос, создаваемый магическими аномалиями самого разного рода, и искажения пространства вкупе с плодильниками разнообразной нечисти были не самыми неприятными вещами.
Гильдия возводила в Аленоре блуждающие башни, которые вполне оправдывали свое название. Каждая башня была скорее громадным артефактом, чем зданием. Она могла перемещаться в пространстве и служила для усмирения, преобразования и поглощения дикой магии. Экипаж башни обычно состоял из полусотни башенной стражи и примерно такого же количества волшебников под началом полноправного архимага. Чародеи, в большинстве своем молодые адепты, обучались в полевых условиях Аленора магической науке, а стражники выполняли задачу по уничтожению разнообразной нежити, угрожающей как жизнеспособности башни, так и мирным жителям.
Придуманная Гильдией система обеспечивала населению безопасность в весьма непростых условиях Аленора, где поселения далеко отстоят друг от друга, не особенно многолюдны, а враг может напасть откуда угодно и в каких угодно количествах. Магическим образом порожденная нечисть иногда появлялась буквальным образом из-под земли, так что поселок или деревня немедленно вызывали ближайшую башню, а сами молились и пытались держаться до ее прибытия.
В каждом поселке находилось место для перемещения — площадка, которая по понятным причинам всегда пустовала. Именно на нее, получив сигнал бедствия, приземлялась одна из блуждающих башен. А дальше начиналось веселье. Появившись, маги вместе с отрядом стражников разбирались с нападающими, радуясь возможности наконец-то размяться после рутинной работы. А фантазии у чародеев хватало. Решив все проблемы, экипаж грузился обратно в башню и отбывал по своим делам. Система работала весьма успешно на протяжении долгого времени, но сейчас все изменилось.
Магический фон Аленора не так давно пришел в сильное возмущение, о причинах которого Гильдии оставалось только гадать, поскольку им были неведомы события в одном степном святилище. Но последней каплей стала битва защитников Северной Стены с зарами, в ходе которой обе стороны не жалели магии. Дикая магия, сорвавшись с поводка, устроила настоящую бурю. Блуждающие башни были вынуждены оставить на время свои текущие задачи и отступили к поселениям в северных землях, обороняя мирных жителей и потому оставив огромные пространства без какого-либо надзора. Даже удаленный поиск чародеев не мог прорваться через бушующее море магии.
Победа была полной. Закованные в твердые шкуры люди, конечно, были достойными противниками и сражались отчаянно, но им не оставалось шанса совладать с армадой степных воинов, численное превосходство которых было слишком велико. Все же прочие явно не умели сражаться, лишь бестолково носясь и оказывая сопротивления не больше, чем загнанная в угол крыса. Да, конечно, драться тварь будет отчаянно, но если подойти к делу с умом, все ее усилия окажутся бесполезны.
Большое, обнесенное каменной стеной людское поселение было стерто с лица земли, и сейчас весь склон горы исходил клубами тяжелого смрадного дыма от прогоревших пожарищ. Дракон и виверны ударили с воздуха, превратив все людское становище в безобразную мешанину, а потом еще и подпалили, чтобы уж точно никто не уцелел. Часть людишек, правда, забилась в щели внутри горы и закрылась щитами, прогрызать которые пришлось бы очень долго, но их попросту осадили в терпеливом ожидании, пока они сами не передохнут от голода.
Заниматься чем-либо, кроме истребления, не имело никакого смысла — припасы людей для заров не годились. Тяжелые и блестящие защитные шкуры не имели никакого применения для степняков, которые привыкли сражаться налегке, делая ставку на скорость, ловкость и скрытность. Громоздкое оружие из того же твердого материала, так любимое людьми, не превосходило прочностью выдержанную и должным образом зачарованную кость. К тому же какой зар в здравом уме откажется от оружия своих предков, ведь тогда наносить удары помогают сами духи!
Великий род ящеров по велению вождя расположился на привал — вознести хвалу предкам за то, что они сделали первую битву удачной, и умилостивить их для того, чтобы везение продолжалось. Конечно, предки помогают лишь тому, кто и сам крепок телом и духом, но не нашлось бы среди бойцов того, кто отказался бы от воинского счастья.
Но вожди ожидали Краг-зула, древний глава рода ушел в свой шатер беседовать с предками и уже с минуты на минуту должен был выйти к остальным, чтобы огласить им волю пращуров. Наконец полог откинулся, и белый ящер выбрался на солнечный свет.
