любопытстве — подобное зрелище и впрямь не стоило пропускать.
Неизвестно, что имел в виду Харад-аль, говоря, что он «отвлечет на себя внимание», но вот Сетэль совершенно определенно не собиралась тихонько красться по небу, надеясь, что некроманты сами заметят ее по отзвукам значительной мощи. Зажигала она с огоньком, и эту фразу можно и нужно было толковать буквально.
Вместо клочка ткани в небесах внезапно образовался крайне реалистичный и пышущий жаром феникс. Возможно, это был и не настоящий высший демон, как подумалось остолбеневшему Альтемиру, но несколько секунд горячего знакомства всем на пути пташки было обеспечено. Чтобы не затягивать встречу, демонесса направила свое творение вниз, метясь в ближайший отряд некромантов, над которым тут же вспухло ядовито-зеленое облако щита.
Следующее мгновение показало, что эта тактика была ошибочной. Ковер, когда до земли оставалось десятка три саженей, резко взмыл вверх, а вот феникс продолжил пикировать, на глазах теряя очертания и превращаясь скорее в стремительный метеор, наделенный присущими падающим с неба камням огненным ореолом, скоростью и пробивной силой. Дюжина, не меньше, черных магов отправилась на встречу со столь любимой ими смертью, пара сотен окрестных скелетов рассыпалась мелкой костяной крошкой. Разумеется, это была капля в море, но дервиш и демонесса и не собирались наносить удар прямо сейчас, нет, им надо было показать, что с ними тоже придется считаться.
Что ж, своей цели они добились, даже Кьяр присвистнул, глядя на то, сколько молниеносных зеленых лучей прошило воздух, стремясь достать юркий коврик. Первый залп, впрочем, целиком прошел мимо, но некроманты, судя по всему, сдаваться не собирались. Разумеется, это была лишь малая часть всех их сил, но остальные в большинстве своем были заняты поддержанием контроля над своими скелетами и громадной ползучей тварью.
Ковер с орками под личным предводительством Наран-зуна под этим прикрытием прокрался посреди ясного неба и благополучно приземлился уже за вратами пустыни, чтобы не мешать чародеям сражаться. Некроманты и впрямь не почувствовали там никого достойного внимания, отвлекшись на двух очевидно подставившихся чародеев и пропустив дитя Пророчества. В конце концов, на вожде орков не висело никакой таблички.
За спиной паладина раздался звук, словно сомкнулись громадные челюсти, и резко пахнуло холодом. Он мгновенно развернулся, принимая боевую стойку, и тут же чуть расслабился — еще пара секунд у него оставалась. Костяной дракон, совершив титаническое усилие, рванулся вперед и клацнул зубами совсем рядом, отхватив кусочек ковра, но лишь самую малость недотянул, потерял скорость, отстал и сейчас старательно наверстывал упущенное. Но внезапно заметил, что ближайшая дичь, высокая и с короткими светлыми волосами, стоит и совершенно спокойно смотрит прямо на него.
Дракон, считавший себя хозяином положения, на мгновение почуял неладное, но потом, досадливо рыкнув, подчинился охотничьему инстинкту. Ковер, по мере того как от него отдалялся Харад-аль, понемногу терял скорость, и костяная тварь, приметив это, радостно вытянула вперед лапы с растопыренными когтями, чтобы побыстрее зацапать добычу.
Альтемир, с невозмутимым видом подняв левую руку и вытянув пальцы, взглянул через них на приближающегося дракона, словно что-то измеряя, а на деле намечая удар. Потом мгновенно принял боевую стойку, широко размахнулся каким-то тяжелым, двуручным, а главное, невидимым оружием и, внезапно полыхнув пламенем из глаз не хуже самого дракона, нанес удар.
В последний миг замаха стоящим рядом гномам показалось, что в руках паладина блеснул ослепительными гранями боевой молот, а в следующий миг костяная бестия словно врезалась в стену. Все своими глазами видели, что Альтемир замахнулся только единожды, но ослепительные вспышки отметили удары и по протянутым лапам, и по сгибам крыльев, и, разумеется, по башке с хищно раззявленной пастью. Раздался омерзительный, но обнадеживающий в данных условиях треск крошащихся костей, тварь истошно взвыла, зависнув на месте и впустую полосуя лапами воздух, и начала медленно падать вниз. Паладин знал, что делал, когда бил по крыльям, которые сейчас разламывались и крошились, несмотря на всю магию чудовища.
Ширш впервые почувствовал, что его отличный слух сейчас скорее мешает, чем помогает: от непрестанного визга дракона кирссу заложило уши. А вот гномы, привычные к грохоту паровых кузниц и шуму машин, оказались более устойчивыми, и поэтому Снор, быстро прыгнув вперед, успел перехватить Альтемира в воздухе. Паладин, как и обычно после очень мощного чародейства, не рассчитал сил и на мгновение потерял сознание.
