Храм для бога

много? Простых воинов и крестьян, или бывших рабов однозначно пока отправим на север. Пусть отрабатывают свои грехи или свое освобождение их неволи. Вот только еще имеются сотни и сотни рыцарей и их оруженосцев, тоже во многом из благородных семейств. А еще и маги, и жрецы, и просто всякие гражданские ‑ дворяне и дворянки, разными путями оказавшиеся в веренском войске, в том числе и приближенные самого графа и баронов, их слуги и чиновники, и множество торговцев‑скупщиков трофеев, сопровождавших войско, и даже куча девиц благородного происхождения и не очень достойного поведения. По понятиям этого мира к ним требовалось немного другое отношение, именно как к благородным господам, которое игнорировать и нарушать было опасно даже мне.
Сначала я решил поговорить с бароном Северного Селенура Сангером, и попросил свою охрану привести его в неказистый крестьянский дом, который был выделен мне. Барон оказался даже немного моложе меня, лет на десять или чуть более, но воином он был крепким и очень даже уверенным в себе. Пленник, пусть и потомственный барон со многими и многими поколениями предков, но, на мое удивление, вел себя послушно и вообще не выпендривался, и тем самым сразу же завоевал мое расположение.
‑ Барон Коста, простите, я понимаю, что мы все теперь Ваши пленники, и наше будущее, мое и всех веренских рыцарей, во многом зависит от Вас. Не скрою, что лично мною и многими воинами в этом походе двигала исключительно жажда наживы. Но видит Всевышний Алгур, что как мы все сильно ошиблись, просто не рассчитав своих сил и недооценив Вас. Хоть и войско у нас было сильное, и магов, как казалось, имелось достаточно, но мы, как ни жестоко это звучит, проиграли. Вы ведь сами сильный маг, и даже, как я слышал от Его Сиятельства и Магистра Жеринара, и от рыцаря Маркана Веренского, чуть ли не белый маг. Знаете, если это так, то мне кажется, что с нашей стороны было страшной ошибкой выступить против Вас. То, что в Вашем войске имеется белый маг, это видели все веренские воины. Как только Вы применили свою магию, у нас поднялась такая страшная паника, что запаниковал даже Магистр Жеринар. Мы все поняли, что веренское войско уже обречено. Но сдаться просто так все равно было выше наших сил. Честь дворянина и рыцаря, так сказать. Так что, простите, но схватка вышла слишком ожесточенной, чем мы хотели даже сами. И еще, мы все благодарны Вам, что наши погибшие воины похоронены с воинскими почестями.
‑ Да, барон Сангер, в моём войске имеется и белые маги. И, как, наверное, Вы успели заметить, даже маги смерти. Смею заметить, барон Сангер, я совсем не хотел воевать с Вереном, но так сложились обстоятельства. Как Вы знаете сами, боевые действия начали всё‑таки не изнурцы. Была бы на это моя воля, я бы тут же заключил мир с Вереном.
‑ И оставили бы у себя Арен?
‑ Конечно, барон Сангер. Всё же я сейчас являюсь бароном суверенного Изнура, и оставить в чужих руках не что‑нибудь, а именно коронные земли, это как‑то не очень хорошо для уважающего себя владетеля.
‑ Значит, Вы не настроены и дальше воевать с Вереном? И какие условия потребны для нашего освобождения? Выкуп, уступки земель или ещё что‑то? А как поступите с другими землями Изнура? Ведь они пока в руках короля Сатора. Значит, выступите с походом на Тракт и Лабинор? Это же война уже с Сатором.
‑ Нет. Эти земли уже возвращены Изнуру. Если король Сатора не захочет воевать со мной, то войны точно не будет.
‑ Как, Вы уже захватили Тракт и Лабинор?
‑ Нет, зачем захватывать то, что и так ранее принадлежало Изнуру? Народ восстал, и чужаки просто сбежали. Мои войска просто встали на защиту подданных Изнура.
‑ А как тогда, барон Коста, Вы поступите с нами, с веренцами?
‑ Я удовлетворюсь выкупом и некоторыми другими суммами в возмещение ущерба Изнуру. Заявляю, что только тогда будут отпущены все пленники. Земельных притязаний к Верену не имею. Коронные земли вообще не являются предметом обсуждения. Они всегда были и будут изнурскими. На таких условиях я готов к немедленному, хоть прямо сейчас, заключению мира с Вереном.
‑ Барон Коста! Я мог бы довести все это до Его Сиятельства. На время переговоров можно было бы приостановить и боевые действия.
‑ Барон Сангер! Конечно, мне хотелось бы поскорее обсудить все условия мира с графом Арчинаром. Я готов отпустить лично Вас и небольшую часть Ваших людей. Но как быть с выкупом для пленных и возмещением ущерба? Только после определения этих сумм и частичного их погашения, я готов обсудить другие условия для заключения мира с Вереном.
‑ Барон Коста! Я даю Вам слово, что при первой же возможности выкуп лично за меня и моих людей будет уплачен.
И у нас начался ожесточенный торг. Барон Сангер хотел ограничиться лишь своим честным