Храм для бога

А это милостивый воевода Сиятул Анжский. Тоже присоединился к сиятельным господам с такой же целью. Эти молодые люди баронеты Рамсан и Зияд.
‑ Так, так. Что‑то знакомые лица. Вы, молодые люди, почему до сих пор не соизволили внести в казну баронства Изнура по десять золотых, наложенных к взысканию с вас за непотребное поведение? Разве не знаете, что за каждый заход задержки полагается дополнительная плата?
Странно. Что‑то испуганные лица баронетов обращены не на великана, а на седоватого мужчину с небольшой бородкой, ничем не отличающегося от простых воинов‑охотников. И бароны, видимо, уже предупрежденные своими сыновьями, едят его взглядом. Вопросы‑то задавал молодой мужчина, притом, таким властным и грозным голосом, что мурашки по коже пробегали.
‑ Милорд, раз они не хотят платить, то позвольте мне наказать их за оскорбление наших подруг.
И вдруг в ладонях одной из молодых красавиц появился синий шар, необычайно грозно смотревшийся в этой комнате.
Сиятул от одного вида магического шара, притом, созданного такой юной девушкой, сначала опешил, а потом к нему пришел страх. Липкий, ползучий, бросающий в беспрерывную дрожь не только руки и ноги, но и все тело. Он еще никогда так близко от себя не видел проявление магии. Это что же получается, что у этого самозванца и женщины могут пользоваться магией? А сколько же тогда у него магов? Неудивительно, что Арен уже захвачен.
Молодые баронеты один за другим сползли на пол.
‑ Господин барон, простите нас, мы заплатим.
Тут же за них поспешили вступиться и их отцы.
‑ Барон Коста! Мы признаем, что наши сыновья вели себя неподобающе, и готовы уплатить этот штраф.
‑ Хорошо, уважаемые бароны. Я рад, что вы решились навестить меня здесь. Наверное, вам не нравится мое поведение? Отвечу. Вы вторглись с войсками на мои земли, и как тогда я могу относиться к вам? Только как к своим врагам. А к ним у меня и отношение соответствующее.
‑ Барон Коста, мы решились на это только из‑за барона Ассалима, пригласившего нас на встречу.
‑ Барон Рикшан, барон Затулла! Охотно верю. Но, тем менее, вы с войсками находились в моей деревне, захваченной врагом, без моего приглашения и разрешения. Хорошо, что не пролилась кровь моих людей, тогда и отношение к вам было бы совсем другое. Раз так, то мы еще можем договориться.
‑ Конечно, барон Коста, мы хотели бы уладить это недоразумение.
‑ Хорошо, я тоже желаю уладить все с миром, не доведя дело до военных столкновений.
Внутри Сиятула все кипело. Надо же, эти бароны совсем забыли, что ли, про него. А еще хотят договориться с этим самозванцем! Вот, какие же они нехорошие люди. Вот и доверься потом таким. Нет, и ему самому надо попробовать выбраться из плена. А потом уж он покажет всем, как надо относиться к воеводе уважаемого всеми барона, и отомстит за все обиды.
‑ Э, барон Коста, а как же я? Мои войска тоже не вели никаких боевых действий. Я прибыл в Выселки исключительно с целью встречи с бароном Ассалимом.
‑ Уважаемый Сиятул, Вас туда послал барон Шиваз, или Вы сами решились на это?
‑ Э, я просто подумал, что было бы неплохо встретиться с бароном Ассалимом и обсудить про торговые отношения между баронствами, ну и, про другие дела.
‑ Хорошо. Вот только кто заплатит тогда за незаконное проникновение войск на территорию чужого баронства, за страдания, доставленные моим людям, наконец, за разор, учиненный вашими войсками на земле Изнура? С уважаемыми баронами все ясно. Они готовы платить, и будут платить сами. А Вы?
‑ Э, я тоже буду платить. Видите ли, я достаточно богатый человек, и располагаю нужными средствами.
‑ Хорошо. Я принимаю Ваше предложение. Но, уважаемые бароны, и уважаемый Сиятул, вынужден предупредить вас сразу, что пока вы не расплатитесь, ваши отряды будут находиться у меня. Только после окончательных расчетов эти люди будут отпущены домой. До этого времени я прикажу отправить их на север, где они будут находиться вдали от военных действий и в полной безопасности.
И начался торг. Ловко же получилось у этого самозванца Косты. Видно, что совсем не хочет воевать с Сатором. А вот денежки со своих пленников взыскать желает, и еще как! И, видимо, страшно любит торговаться, почти как торговцы. Даже по мелочам. Как он вытряс с баронетов даже эти несчастные серебрянки за несвоевременную оплату. Ну что взять с этого презренного торговца. Нет у него никакого благородства в отношениях с истинно благородными. А еще говорят, что был рыцарем где‑то в Саларской империи? Наверное, там все благородные такие, как и в этой, помешанной на золоте Таласской империи? Ладно, пока надо терпеть выходки этого самозванца. Лишь бы выбраться из плена, а потом будет видно. Вот когда