Храм для бога

граф Сатур Анжайский соберет войска и выступит против этого самозванца, тогда и расплатится Сиятул за все свои обиды.
А потом самозванец так некстати заставил всех расписаться на пергаментах и поставить свои печати. И в итоге получилось, что бароны Рикшан и Затулла обязались заплатить по четыре и пять тысяч золотых. А вот у самого Сиятула получилось больше всех, почти шесть тысяч золотых. И это притом, что самозванца едва‑едва удалось отговорить еще и от взыскания денег за страдания его людей, так как в них был виноват исключительно покойный барон Ассалим. Разора особого от войск пленников тоже не было, поэтому за него суммы полагались совсем маленькие. Сиятул попробовал вычесть из долга те трофеи, что захватили войска этого рыцаря Сулима, но тут высказать свое мнение решился молчавший до этого грозный великан:
‑ Что воином взято мечом, возврату не подлежит. Это его добыча, и только он сам вправе решать, что делать с ней.
Услышав предложение Сиятула, также недовольно зашумели и вожди, с интересом наблюдавшие за странными переговорами. Ведь это было давним обычаем. Каждому воину с военной добычи полагалась доля, и никто не осмеливался посягнуть на это. Конечно, после вычета доли казны, и награды удачливому командиру войска. Сиятулу пришлось извиняться за свои слова.
Под конец переговоров пленникам волей‑неволей пришлось дать расписку о своем долге барону Изнура, и письменные заверения об обязательной уплате в ближайшее же время. Пергаменты подписали все присутствующие, в том числе и сами бароны, и их сыновья, и сам Сиятул. И теперь во второй части пергаментов, оставшихся у него, имелись подписи даже тех красавиц, которые так нежданно привлекли внимание воеводы.
Вообще‑то, платить кому‑либо хоть что‑то Сиятул вовсе и не собирался. Нужно было всего лишь обмануть доверчивого врага и выбраться из плена, а потом он скормит эти дрянные пергаменты тем, кто подвергнул его такому унижению. Дай только срок!

  *

Сулим не знал, что ему делать, радоваться или огорчаться. Ведь если об этом узнает Коста, неизвестно, что он подумает о нем. Но сообщить все равно надо.
После отправки сильно испуганных баронов и их сыновей, и напыщенного своей значимостью анжайского воеводу, также и двух странных типов, назвавшихся посланцами какого‑то графа Саркана Талариза из Таласской империи, на юг к милорду, вместе с выделенными для сопровождения двумя десятками под командованием Юманака, он решил заняться укреплением границ долины. Коста пока не разрешил что‑либо строить не только в Выселках, но и по всей Центральной долине. Сулим и сам бы поступил так же. Неизвестно, чем закончится эта начавшаяся так некстати война. Хотя, хорошо, что воинов у него теперь много. Северные охотники, направленные под его командование, оказались незаменимы во всяких засадах. Опытные следопыты и лучники, они так умели прятаться в лесу, что враг так и не узнавал, отчего и откуда, от чьей руки его настигла смерть. Вообще‑то, сейчас в отряде под его командованием, в официальной баронской дружине, насчитывающем более трех сотен человек, кроме северян, имелись и около четырех десятков воинов из коренных изнурцев. И остались друзья с тех далеких времен, когда он был простым наемником, сопровождавшим торговые караваны ‑ Юманак, Янтайк и Ярхунук. Точнее, первый и второй сейчас находились у милорда. Остался только третий. Вот его и вместе с Пайтаром из рода арасей решил направить Сулим на западную границу долины, чтобы они нашли и отправили домой трех молодых дружинников, вдруг сумевших выжить, а заодно и провели разведку в баронстве Тракт, или, как ранее, Западной долине. Кто его знает, что теперь творится там? После того, как в Выселки нагрянули войска аж с трех баронств королевства Сатор, ни в чем быть уверенным просто невозможно. И, на всякий случай, Сулим придал полусотенному отряду десяток конников из отряда разведки и целого мага огня Акивера.
Пайтар и Ярхунук, конечно, с порученным заданием справились, сразу же найдя троих измученных долгим ожиданием парней и отправив их в Выселки. Оставив один десяток сторожить границу, они с отрядом, обойдя по подсказке тех троих молодых дружинников, успевших все‑таки неплохо изучить границу, немногочисленные посты пограничной стражи Тракта, последовали вдоль гор вглубь долины. Благополучно и незамеченными перейдя приграничную речку, разведчики отправились на юг и сумели достичь речки Малая Анжайка, текущей на запад, в реку Северный Анжай, а перейдя ее, ближе к заходу светила очутились у Северного тракта чуть западнее городка Тракт, столицы баронства. Вот тут и их обнаружили торговцы, следующие из Анжа, как оказалось, в Лабинор. Надо