Хранители

— Как дела? — спросил Гэндальф. — Ты ничуть не изменился Фродо.
— Как и вы, — ответил Фродо, но про себя он подумал, что Гэндальф выглядит старше и изнуреннее. Он начал расспрашивать о новостях, и вскоре они погрузились в беседу, которая затянулась далеко заполночь.
На следующее утро после позднего завтрака маг сидел с Фродо у открытого окна кабинета. В камине пылал яркий огонь, но и солнце было теплым, а ветер — южным. Все выглядело свежим и новая зелень весны сверкала на полях и на кончиках ветвей деревьев.
Гэндальф думал о той весне, почти восемьдесят лет назад, когда Бильбо убежал из Торбы-на-Круче без носового платка. Теперь его волосы были белее, чем были тогда, борода и брови длиннее, а лицо глубже изрезано морщинами и мудростью: но глаза его так же ярки, как всегда. Он курил, и голубые кольца дыма вылетали с той же энергией и силой.
Он курил молча, потому что Фродо погрузился в глубокую задумчивость. Даже при свете утра он ощущал темную тень от рассказа Гэндальфа. Наконец он нарушил молчание.
— Ночью вы начали рассказывать странные вещи о моем Кольце, Гэндальф, — сказал Фродо. — Но потом вы остановились, сказав, что о таких вещах лучше говорить при дневном свете. Может, вам лучше закончить сейчас? Вы говорите, что Кольцо опасно, гораздо опаснее, чем я могу предположить. В чем его опасность?
— Во многом, — ответил маг. — Оно гораздо могущественнее, чем я осмеливался думать сначала, настолько могущественно, что в конце концов, побеждает каждого смертного, владевшего им. Оно овладевает своим владельцем.
В Эрегноре давным — давно было изготовлено множество эльфийских колец, волшебных колец, как вы их называете. Они были, конечно, разного типа: одни более могущественные, а другие менее. Меньшие Кольца были только набросками, и для эльфийских кузнецов они были пустяком — но и они, по-моему, опасны для смертных. Но Великие Кольца, Кольца Власти — гораздо опаснее.
Смертный Фродо, который владеет одним из волшебных колец, не умирает, он перестает расти, стариться. Но им все более овладевает усталость. И если он часто при помощи кольца становится невидимым, он сам вянет, становится в конце концов постоянно невидимым, он бродит в сумерках под мрачным взглядом мрачной силы, которая правит Кольцами. Да, раньше или позже — позже, если он силен и благороден, но ни сила, ни благородные цели не помогут — но раньше или позже темная сила овладеет им.
— Как ужасно! — сказал Фродо.
Вновь наступило долгое молчание. Из сада доносились звуки газонокосилки Сэма Скромби.
— Давно ли вы об этом знаете? — спросил наконец Фродо. — И много ли знал Бильбо?
— Я уверен, что Бильбо знал не больше, чем рассказал тебе, — сказал Гэндальф. — Он никогда не оставил бы тебе его и вообще что-либо, представляющее опасность, хотя я и обещал ему присматривать за тобой. Он считал Кольцо прекрасным, очень полезным и нужным; и если что-либо шло неправильно или странно, он считал, что дело в нем. Он говорил: «Кольцо заняло слишком большое место в моих мыслях», но он и не подозревал, что дело в Кольце. Хотя он и понял, что с Кольцом нужно обращаться осторожно: казалось, у него изменяется все, и даже размер; странным образом оно сужалось и расширялось, могло внезапно соскользнуть с пальца, хотя перед этим сидело прочно.
— Да, он предупреждал меня об этом в последнем письме, — сказал Фродо, — так что я всегда держу его на цепочке.
— Очень мудро, — сказал Гэндальф. — Но что касается его долгой жизни, Бильбо никогда не связывал это с Кольцом. Он считал это исключительно своей заслугой и очень гордился своим долголетием. Хотя он казался все более усталым и измученным. Тонкий и сморщенный — так он говорил. Это признак того, что Кольцо начало овладевать им.
— И давно вы знали все это? — вновь поинтересовался Фродо.
— Знал? — переспросил Гэндальф. — Я знал многое, что могут знать только мудрые. Но ты имеешь в виду «знал об этом Кольце», что ж, можно сказать, что я и до сих пор не знаю. Нужно сделать последнюю проверку. Но я больше не сомневаюсь в истинности своих догадок.
Он задумался.
— Когда я впервые начал догадываться? — погружаясь в воспоминания, проговорил Гэндальф. — Посмотрим, это было в тот год, когда Белый Совет отбросил темную силу из Лихолесья, как раз перед Битвой Пяти Армий. Тогда Бильбо нашел Кольцо. Тень пала тогда мне на сердце, хотя я и не знал, чего опасаюсь. Я часто думал, как Горлум приобрел Великое Кольцо. Потом я услышал странный рассказ Бильбо о том, как он «выиграл» Кольцо, и не поверил ему. Когда я наконец узнал от него правду, я сразу понял, что он хочет во чтобы-то ни стало, сделать Кольцо своим. Совсем как Горлум с его «подарком в день рождения». Эти две лживые