Хроника Третьего Кризиса

Кобры и подходя к нам с Джеком, который за все время так и не двинулся с места.

Шагов в коридоре мы не слышали, ибо звукоизоляция комплекса Магистров была идеальной, но когда дверь распахнулась, я не сильно удивился.
Их появление было очень логичным с любой точки зрения.
Как только остатки нашей победоносной группы вывалились в реальное время, компьютер телепорта сразу же вывел тела убитых гвардейцев из игры, прихватив с собой и Кобру. В Штаб-квартире подсчитали, что тел должно было бы быть больше, а следовательно, кто-то остался на Молоте, и ситуация там может оказаться непредсказуемой.
Возможно, они даже сумели увязать исчезновение половины спутника Израиля с нашими манипуляциями, хотя лично мне этот факт кажется весьма сомнительным.
Их было восемь: шестеро боевиков, закованных в наши лучшие боевые скафандры, при полном комплекте вооружения, и два предводителя в офицерских костюмах. Их личности не стали для меня новостью, так как полностью совпадали с показаниями покойного члена радикального крыла СРС.
Настроены прибывшие были решительно.
— Где Магистр? — требовательно спросил капитан Блейн.
Сразу к делу. Никаких тебе «Здравствуйте, парни. Как вы себя чувствуете?»
— Нету Магистра, — сказал я, делая шаг назад и небрежно опираясь на пульт.
— А где сержант Торренс? — спросил капитан Зимин. — Мы перестали получать его телеметрию, но не получили тела вместе с остальными. Пеленгация показала, что его вообще нет в пределах Галактики.
— Сержант Торренс мертв, — сообщил Джек.
— Жаль, — сказал Зимин. — Ваша миссия закончена, ребята. Спасибо вам за Магистра. Нам очень жаль всех погибших, а гибель сержанта Торренса я считаю невосполнимой потерей. Но вы герои! Вы выполнили порученное вам дело и теперь можете отправиться в Штаб-квартиру и отдохнуть. О дальнейшем позаботимся мы.
А знаете, что самое странное? Несмотря на то что они услышали о смерти Магистра, на их боеготовности это никак не сказалось. Они не опустили винтовок и не подняли защитные забрала шлемов, словно военные действия еще не закончились. В кого же они собирались стрелять? Единственными здесь мишенями были мы трое.
— А что произошло с рядовым… с Коброй? — спросил Блейн.
Он запнулся, потому что не мог произнести имя гвардейца, которого у нас все называли только по прозвищу.
— Рядовой Ахмед ибн-Зураб по прозвищу Кобра попытался опередить события и залезть в пекло поперед батьки, то бишь вас.
— Что вы имеете в виду?
— Вы сами это прекрасно понимаете.
— Вы спятили? — как-то даже не очень удивленно сказал Зимин. — От переутомления это бывает.
— Возможно, и так, — согласился я. — Даже скорее всего. Именно спятил, потому что ничего не заметил раньше. А когда заметил, то медлил и не решался действовать, позволяя вам убивать наших парней.
Когда я выдвинул свое чудовищное обвинение, глаза Моргана и Альвареса округлились от изумления и продолжали округляться по мере постижения сути сказанного. Они не присутствовали на Термитнике в момент смерти Хабарова и не могли сразу поверить в то, что я говорю. Справедливости ради следует отметить, что моя реакция на известие о Заговоре Капитанов (так впоследствии стали называть эту ситуацию) очень походила на их нынешнюю. Просто у меня было время, чтобы с ней освоиться.
— Вы точно спятили, сержант, — повторил холодным голосим Зимин. Настолько холодным, что замораживал не хуже жидкого азота.
— Все мне об этом толкуют в последнее время, — сказал я. — Но вам-то должно быть чертовски хорошо известно, что это не так.
— Вы устали, и это естественно после того, что вы пережили, — проговорил Блейн. — В таких случаях вещи зачастую видятся не такими, какие они есть. Вам просто надо немного подлечиться и отдохнуть…
— В карцере, например, — уточнил я. — Или в могиле, что более вероятно, если вы установите в Лиге свои порядки.
— Что вы себе позволяете, сержант?! — рявкнул Зимин, но Блейн заставил его заткнуться взмахом руки.
— Дайте ему сказать, — распорядился он. — Психам иногда становится лучше после того, как они выговорятся.
— Спасибо, — сказал я. — Я коротенько выскажусь. А потом мы обсудим дальнейшие наши действия, ладно?
— Валяй. Развлеки нас, — сказал Зимин.
Если я прав относительно того, что происходит в Штаб-квартире, то тянуть время не в моих интересах, но мне надо было заручиться поддержкой живых свидетелей, каковыми должны были стать Джек с Луисом. На Молоте разворачивается только первая фаза действа, и чем больше людей окажется на моей стороне к ее концу, тем лучше.
— Сложившаяся вокруг Гвардии в последние годы обстановка