Закадычные друзья сержант Макс Соболевский (оперативный отдел: «Сначала делать, а потом думать») и сержант Джек Морган (аналитический отдел: «Думать, думать, думать и думать») служат в самой засекреченной и «продвинутой» спецслужбе Галактики. Им приходится противостоять галактическим террористам и средневековой якудза, иметь дело с крупнейшими корпорациями и выполнять опасные спецзадания Совета Лиги. Но все это сущая ерунда по сравнению с тем, что случится после того, как на одной из окраинных планет будет обнаружен древний артефакт, принадлежащий когда-то могущественной, но миллионы лет мертвой расе…
Авторы: Мусаниф Сергей Сергеевич
так что руки у нас развязаны…
— Ты упускаешь из виду только одну небольшую деталь, — сказал Стеклов. — Это самое соединение менее чем через два часа обрушится на наши головы. А мы к этому не очень готовы.
— Не хочешь поговорить заодно и с ними, Макс? — спросил Джек. — Может, у тебя и там найдутся родственники…
— Не найдутся.
Я бы, конечно, поговорил. Попытался бы их убедить, запугать, перекупить, на худой конец. Но по техническим причинам, которые мы до сих пор не преодолели, связываться с кораблями в гипере невозможно, а из гипера они выйдут минуты за полторы до атаки. Не то, что поговорить, соединиться не успею…
— Как мы там говорили, Джек? Телепорт — сам по себе достаточно мощное оружие, способное уничтожать целые планеты…
— Поражать статичные цели, — поправил меня аналитик. — Но не боевые корабли, выходящие из гипера со скоростью торможения. Даже «Мерцающий» нам не сильно поможет.
Вот это опаньки! Сколь интересные факты мы узнаем в поворотные моменты своей жизни! Оказывается, Гвардия все же располагает крейсером, оборудованным всем необходимым для ноль-пространственного прыжка, и Джек знал об этом! И за все время даже словом не обмолвился, называя это слухами и сплетнями!
Но он прав. Сейчас мы одним крейсером не отделаемся.
— Большой ли у нас запас термоядерных боеголовок?
— Достаточный, — заверил Фернандес. — Ну и что?
Мысли вслух, — сказал я. — А можем ли мы минут эдак за тридцать — сорок снабдить усилителями имеющиеся у нас генераторы детонирующих полей? И как насчет силовых экранов и кумулятивных торпед с крейсера? И вот еще что…
— Макс, — сказала Диана, прерывая поток моих предложений. — Ты что, всерьез настроился на драку?
Несмотря на скепсис вопроса, в ее голосе звучала надежда.
— Ты уже должна была бы заметить, что я никогда ничего не делаю не всерьез.
— Пришлось немного подкорректировать расчеты. У нас есть еще около получаса или даже чуть больше.
— Ты загораживаешь мне тактический дисплей.
— Знаю. Меня попросили, чтобы я его загораживала. Ты и без того уже всех задергал, ребята без тебя знают, как делать свою работу. А ты их просто отвлекаешь.
— Я хочу, чтобы они поняли…
— Они уже поняли, Макс. Тебе еще предстоит руководить сражением, так что попытайся отдохнуть хоть немного.
— Мне руководить сражением? Почему вы решили свалить сию сомнительную честь на меня?
— А на кого еще? Тем более что у тебя за спиной целая династия представителей высшего командного состава. Лучшие стратеги всех времен и народов…
— Ты знала обо мне с самого начала?
— Конечно. Операцию с моим внедрением Полковник разрабатывал на пару с твоим отцом. Их общая характеристика звучала так: талантлив, но недисциплинирован.
— Кстати, о твоем внедрении… На мой взгляд, довольно нелепо приглашать человека со стороны, чтобы он разобрался с внутренними проблемами…
— Наоборот, человек со стороны не стеснен лишней информацией, не питает ни к кому пиетета, мыслит свежо и непредвзято.
— Но ведь это еще не все, не так ли? Полковник никогда не просчитывал одноходовые комбинации, да и у отца всегда был дальний прицел.
— Ты прав. Впрочем, должна признать, ты оказываешься прав удручающе часто. Дальним прицелом стариков было улучшение отношений между Гвардией и Флотом и, возможно даже, их последующее слияние. Нельзя, чтобы две федеральные организации постоянно грызлись между собой.
— Твоя правда. Думаю, что мое поступление в Гвардию было первым шагом на этом пути.
— Отец не был против? Не хотел, чтобы ты пошел по его стопам, служил во Флоте под его началом?
— Против? Да это он настоял, чуть ли не силой на призывной пункт приволок! За что я ему, впрочем, очень благодарен.
— Ну и каково это?
— Каково это — что?
— Быть сыном великого человека, которого чуть ли не боготворит целая толпа людей?
— Никогда не был ничьим другим сыном, так что не могу сравнивать. На детство свое не жалуюсь, хоть времени с отцом проводил немного. Дела…
— Меня другое беспокоит. Как Полковник, всегда тщательно все просчитывающий, мог допустить такую ошибку? Предположить, что мы не справимся с Заговором Капитанов, и поставить под угрозу всю организацию?
— На моей памяти Полковник ни разу не ошибался, так что не думаю, что он ошибся и сейчас. Помни о дальнем прицеле.
— Я не понимаю.
— Возможно, он допускал, что заговор может осуществиться. Но я так не думаю. Просто под конец своей карьеры Полковник попытался одним махом решить сразу все вопросы. Скажи честно, ты веришь, что мы победим?
— Никто в это не верил, пока ты не появился и не начал сыпать
