он покрыл максимум метров двадцать. Суть же заключалась в том, что кустарник был выведен с помощью маэр и отпугивал любую неразумную живность, Иргель пытался объяснить что-то про эманации удушья, распространяемы растением, и только на второе место ставил его ядовитость, но я особо не стал вникать, отпугивает, и ладно.
Так что, особо не раздумывая, отправился по тропинке. Что еще интересно, на птиц кустарник не действовал, почему так, Иргель и сам не мог понять. Насекомые тоже оказались невосприимчивы к его воздействию, но большинство из них жило за счет как раз той живности, которая здесь не хотела обитать, так что все складывается в очень удобную для нас картину.
Вода с утра была прохладна и мигом прогнала остатки сонливости, оставшиеся после прогулки. Поплавав пару минут, выбрался на берег и зачерпнул горсть песка. Эх, сюда бы мыла кусок, ну да ладно, стал тщательно себя растирать. Должен сказать, что песок не являлся аналогом земному, когда его берешь в руку, он ощущается более жирным, что ли, не знаю, как описать. В общем, довольно удобным средством гигиены оказался. Сполоснулся, просох и начал одеваться, когда со стороны поляны раздался взрыв!
Я замер. Вокруг тишина, даже птицы замолкли. И тут, один за другим, прозвучало еще два оглушительных ревущих раската, со стороны пещеры повалил густой черный дым. Наспех одевшись и подвязавшись, существенно левее тропы кинулся назад. Как не грохнулся по пути, не знаю. Оставшиеся десять метров до пещеры я прополз на животе, испытывая нарастающее беспокойство. И было от чего. Все еще скрытый кустарником и листвой, я отчетливо слышал человеческую речь.
— Готов? Быстро ты его, Жаннар, видел, какой прыгучий оказался?
— Допрыгался, отродье, от меня не убежишь. Но скакал резво, ты прав. Думаешь, он хотел на дереве спрятаться? Ха-ха, — незнакомец заливисто рассмеялся.
— Нашел что в пещере? — первый голос.
— Касс, тут две лежанки, быстро кидай поиск! — крик Жаннара бросил мое сердце в пятки, чувство опасности сжало тисками, я начал медленно отползать.
— Есть, есть что-то! — я замер, а потом услышал яростное вэканье, проклятие одного из незнакомцев и резкий, злой свит, ударивший по ушам вместе с жалобным полу всхлипом, полу стоном, что-то упало на землю. Вернее, я знал, кто упал.
— Барут? Откуда он здесь? Черт, он почти добрался до тебя, Касс, еще бы чуть-чуть, и сам знаешь.
— Не болтай, ищем, где-то еще один!
Я лежал, уткнувшись лбом в землю, а внутри ширилась пустота. За что? За то, что его путь отличен от их пути? Или были еще какие-то причины? Нет, не было, двадцать лет вдалеке ото всех. Значит, просто традиция?
— Нашел кого-нибудь? У меня пусто!
— Так же, смотри, вон тропа, давай проверим!
Суки, непривычно холодная ярость, охватившая меня, не помутила рассудок, напротив, мыслил я вполне здраво и четко. Жанар и Касс, я запомню, свидимся еще. Пока же не судьба, размажете и не заметите. Нужно уходить. Пропустив обоих мимо себя, почему-то был уверен — меня не заметят, листва надежно скрывала от глаз, а от их поиска — не знаю, просто был уверен, их поиск не найдет меня. В пещеру решил не возвращаться. Только подполз ближе и осторожно раздвинул ветки: Иргеля увидел сразу, вернее, то, что от него осталось, его разметало как от взрыва, обгоревший и почерневший торс в кровавой кляксе, а чуть дальше нижняя половина туловища. Суки! Еще дальше лежал разрезанный надвое Барут, теперь уже просто барут, все-таки не кличка. Ну что ж, увидел я достаточно, чтобы не забыть, и вернуть. Теперь ходу.
В груди было пусто и сыро, холодная ярость схлынула так же, как и пришла, мыслей не было никаких. До озера добирался кружным путем, словно зомби, не глядя и не обращая внимания на мелькавших хищников, один раз переступив через нечто, отдаленно напоминающее гигантскую сороконожку, буквально прошел сквозь рой пищащих странно светящихся зеленым насекомых, в общем, шел бессознательно, автоматически обходя препятствия и перепрыгивая где нужно. У озера, прислушавшись, никого не обнаружил и, не откладывая, пошел в обход.
Еще там, у пещеры, глядя на разыгравшуюся трагедию, решил — доберусь до скалы за озером, и пусть попробуют меня не пустить. Не пугал ни длинный, полный неизвестностей путь, ни возможная погоня, все это тогда отошло на второй план. Я просто сделал выбор. Уже позже, более-менее придя в себя, ощутил грусть, было безумно жалко обоих, как ни как, но все же успел привязаться к ним. Нет, я понимал, что рано или поздно мы бы все равно расстались, жить в пещере всю оставшуюся жизнь не для меня. Но такое. Они явно не заслужили подобную смерть. И дайте лишь время, я отомщу…
До цели добирался трое суток, старался делать поменьше остановок, ел
