центра, стоящего на перекрестке шести дорог. Скоро предстояло снизить скорость и уподобиться черепахе, перейдя на обычный шаг, но как же этого не хотелось. А далее предстояло еще то веселье. Нужно было определиться с географией, состоянием страны и, главное, выяснить то, что волновало меня больше всего, как быть дальше, здесь, в этом мире тому, кто следует изначальному. Черт, чуть не прошляпил!
Впереди стучала колесами чья-то повозка, направляющаяся в одну со мной сторону, а я чуть не вылетел на нее из-за поворота. Замедлившись, перешел на шаг и стал потихоньку догонять неожиданного попутчика. Ого, да это не телега, а самая настоящая карета, медленно семенящая по бездорожью. Что-то мне расхотелось ее догонять, но было уже поздно, карруми остановились, дверца открылась, и наружу спрыгнул очень примечательный человек.
Весь в черном, обтягивающие штаны, свободная рубаха и обвешан оружием, словно новогодняя елка, с ног до головы. Делано потянувшись, он окинул меня оценивающим взглядом и с ленцой направился ко мне, ничем не выдавая своих намерений, хотя я отчетливо видел — он шел не говорить со мной. Его походка, деланная расслабленность и отсутствующий во взгляде интерес ко мне словно кричали: «Еще пару шагов, и я нападу!» Блин, очередной псих, так что везенье мое, по-видимому, уже закончилось и, возможно, опять будет труп.
— Что бы ни удумал — не стоит, — я обезоруживающе улыбнулся и развел руки.
— Ну конечно, я просто пройду мимо, — он улыбнулся в ответ, и напал.
Что бы сразу же ткнуться лицом в пыль, выдав лишь глухой стон. Я уселся сверху и довернул вывернутую руку еще сильнее, вырвав теперь уже отчетливый вскрик — подействовало. Но не так, как я рассчитывал, вместо того, что бы уехать прочь, карета осталась на месте, а из распахнувшейся второй дверцы спустилась девушка и стремглав бросилась к нам.
— Не трогайте его! Отпустите! — она подбежала и упала на колени, пытаясь отцепить меня от него, оттолкнуть. Ого, а это уже явно неспроста, пахнет сильными чувствами. Я даже опешил слегка, тонкая и хрупкая, как тростиночка, девушка яростно защищала дорогое ей существо, ринувшись вперед не задумываясь, без малейших сомнений. И мне пришлось отступить, просто отпустив парня и отскочив на пару шагов.
— Он в порядке, просто немного помят, не волнуйся, — она бросила на меня сердитый взгляд.
— Сам ведь напал, вот и поплатился, — я вздохнул, — ладно, пойду дальше, — и, обойдя их стороной, направился дальше.
— Спасибо.
Чего? Это она мне? Обернулся:
— Да не за что, только держи его на привязи.
Она кивнула и попыталась его перевернуть, с трудом, но ей это удалось. Похоже, он был помят немногим больше, чем я рассчитывал, и вряд ли сможет подняться, даже невзирая на помощь девушки. В очередной раз вздохнув, развернулся и пошел обратно, сразу же поймав обеспокоенный взгляд.
— Успокойся, только помогу, похоже, я приложил его немногим сильнее, чем рассчитывал, — подхватив нарвавшегося бедолагу под мышки, без особого труда поднял и понес к карете.
— Придержишь дверцу? — та с готовностью распахнула черную резную створку еще шире.
Поместив парня на сиденье, вылез из кареты и, улыбнувшись его защитнице, пошел по дороге к городу. Через некоторое время раздавшийся стук колес возвестил о догоняющей меня парочке. Поравнявшись, карета остановилась, и в окошко высунулся давешний парень, с трудом натянув улыбку:
— Мы тут подумали, может, тебя подвезти? Ну, и в город поможем пройти, что скажешь?
В город? Гм, об этом я и не подумал, стража в любом случае начнет задавать вопросы и может запомнить, чего бы я не очень хотел.
— Я не против, — он кивнул и приглашающе распахнул дверцу.
Кучер, сидевший спереди, даже не шелохнулся и не посмотрел в мою сторону, видно, исповедует принцип «ничего не вижу, ничего не слышу и, собственно, ничего не смогу сказать», это настораживает. Что-то не так с этой парочкой, надо к ним присмотреться повнимательнее.
Внутри было довольно уютно и светло, стенки были оббиты какой-то красной тканью, мягкие сиденья и куча подушек лишь довершали создаваемый комфорт. Парочка сидела напротив и с чем-то решалась, явно колеблясь.
— Мы благодарны за помощь и хотели извиниться, — она взглянула на парня.
— Да, я приношу свои извинения за то, что напал на тебя, — ни капли сожаления, явно врет.
— И мы хотели бы загладить свою вину, поэтому надеемся, что ты не откажешься с нами поужинать, что скажешь?
— С удовольствием принимаю ваше приглашение, — не верю я вам, ох, не верю.
— Прекрасно, меня можешь называть Ильса, а этот молодой человек — Искар, мой брат.
— Алистер.
Карета мерно катила по дороге, а внутри царила неловкая
