Цикл «ХРОНИКИ КРОВИ» 1. ЦЕНА КРОВИ / Blood Price (1991) Жители Торонто охвачены ужасом. Один за другим на улицах ночного города исчезают люди, а позже полиция находит их обескровленные тела.Пытаясь раскрыть тайну серии загадочных убийств, частный детектив Вики Нельсон и ее давний напарник Майк Селуччи обращаются за помощью к Генри Фицрою.
Авторы: Хафф Таня
у существ его рода зверь находится гораздо ближе к поверхности, чем у смертных. Как только кровь начала медленно сочиться, капая под джинсами, он выпустил своего зверя на волю.
Но спустя секунду в его левое плечо, у самого основания шеи, угодила пуля и, развернув вампира кругом, сбила с ног. Головой он ударился о ствол дерева и упал, почти потеряв сознание, на землю.
Сквозь боль, сквозь пульсацию жизни в ушах ему казалось, что он слышит голоса, мужские голоса, один — почти истерический, другой тихий и глубокий. Генри сознавал, как важно было разобрать, что он слышит, понять это, но был не в состоянии сосредоточиться. Он с трудом справлялся с болью, которую приходилось переносить. В него стреляли и раньше, и он знал, что уже сейчас его раны начинают затягиваться. Фицрой боролся с волнами чего-то серого, накатывающего на него, изо всех сил пытался удержать себя на поверхности, но это было подобно тому, как удерживать песок, просачивающийся сквозь пальцы.
Голоса удалились; куда — он не имел ни малейшего понятия.
Затем — Генри не знал, сколько прошло времени, — чья-то рука осторожно перевернула его на спину. Знакомый голос тихо произнес:
— Надо перенести его в дом.
— Сходи за Дональдом, — отозвался другой голос. — Он слишком тяжелый, чтобы ты смог нести его.
Стюарт. Он узнал голос Стюарта. Теперь вампир имел некоторое представление о том, что происходит. К тому моменту, когда Надин вернулась в сопровождении Дональда, он сумел собрать свои разбегающиеся в стороны мысли и заставил свой мозг работать, Фицрой ощущал свою голову хрупкой, как яичная скорлупа, но, если не делать резких движений и вести себя осторожно,
очень
осторожно, он мог удержать окружающий мир от беспорядочного вращения.
В голове к тому времени, когда оборотни доставили его в дом, почти прояснилось. Сверхъестественные способности вампира медленно, но верно возвращали его к жизни.
Он уже мог видеть Вики, ожидающую их на веранде, беспокойно всматривающуюся в темноту. Его подруга выглядела более женственной и более беззащитной, чем когда-либо ему приходилось видеть. Когда Стюарт с Дональдом проносили его в дом, она протянула руку и слегка прикоснулась к щеке Генри.
— Что, черт возьми, с тобой случилось? — спросила она, нахмурившись.
— Разумеется, я тебя понимаю!
Марк Уильяме глотнул еще немного виски из стакана, который держал в руке.
— Я вернулся немного раньше после игры в покер с друзьями и увидел, как мой престарелый дядюшка тайком ускользает из дома посреди ночи, таща.. — Он указал рукой на винтовку, лежавшую теперь в разобранном виде на столе. — Бог знает что…
— Бог
знает,
— спокойно прервал его Карл, проводя промасленной тряпкой вдоль ствола.
— Прекрасно. Бог
знает.
Но
я
не знаю. И, — он стукнул уже пустым стаканом об стол, — после всего того, чему я только что стал свидетелем, думаю, что заслужил хоть какое-то объяснение.
Карл посмотрел на племянника снизу вверх, затем вздохнул:
— Сядь.
— Ладно. Я сяду. — Марк с размаху плюхнулся на кухонный стул. — Говори. Какого черта тебе взбрело в голову там охотиться, и что за чудовище на меня напало?
С тех самых пор как Господь открыл ему,
кто
живет на ферме Хееркенсов, и позволил ему узнать, в чем заключается его долг, Карл Бьен опасался, что у него не хватит сил. Он был старым человеком, старше, чем выглядел, и Господь возложил на него ужасное бремя. Его племянник был не тот человек, у которого можно было попросить помощи, чтобы нести этот крест, но пути Господа неисповедимы, и, очевидно, Марк также был избран. Старик предположил, что это имело определенный смысл: мальчик был его единственным оставшимся в живых родственником и, нажав на курок сегодня ночью, доказал, что у него хватило сил вступить в борьбу. Возможно, его собственные прегрешения будут смыты кровью нечестивца, которого он должен был помочь уничтожить.
Карл укрепился в своем решении — вынул три патрона, которые приготовил и хранил в жилетном кармане, и выложил их на стол. Они мерцали при верхнем свете, словно крошечные ракеты.
— Черт бы меня побрал! Да ведь это серебро!
— Верно.
Марк, погладив пальцем головку пули, рассмеялся — в его смехе были явно слышны истерические нотки.
— Ты пытаешься сказать мне, что охотишься на оборотней?
— Именно так.
Среди внезапно наступившего молчания тиканье кухонных часов звучало неестественно громко.
«Старина, вижу, совсем спятил. Лишился остатков своего невеликого умишка. Оборотни! Да он просто сумасшедший».
А затем Карл заговорил. О том, как вышел понаблюдать за птицами прошлой весной и
