Хроники крови. Пенталогия

обеими руками по волосам и отложил на время все темы, кроме одной, о которой он хотел говорить. Ему даже удалось заставить голос звучать с приемлемым спокойствием.
— Обычно ты знаешь.
— Жизнь обычно оказывалась намного проще. Кроме того, — Вики отстегнула ремень безопасности и, издав какой-то дрожащий и совершенно неубедительный смешок, открыла дверь, — я еще даже не поймала сукина сына. Давай будем думать об этом дерьме, когда оно свалится нам на головы.
Селуччи последовал за ней в дом, в котором жил Барри; беспокойство и гнев в равных пропорциях терзали его душу. «Жизнь обычно оказывалась намного проще». Естественно, с этим он спорить не мог.
— Более всего вам необходим набор хороших ножей.
— У меня они есть.
— Ха! Новые ножи. Фабричная заточка — дерьмо!
— Я заточу их сегодня днем.
— Ха! — Пожилой человек вынул из груды бумаг, в беспорядке валявшихся на кухонном столе, вскрытый конверт и нацарапал на его оборотной стороне какой-то адрес. — Сходите туда, — предложил он, передавая его своему посетителю, — это единственное место в городе, где могут прилично выполнить такую работу.
Марк Уильямс сложил клочок бумаги вдвое и положил в бумажник. Несколько вопросов, касающихся торговли мехом, привели его к этому старику. За двухчасовую лекцию он выложил полсотни долларов, учитывая, какой доход могут принести ему шкуры, он считал, что с толком потратил эти деньги.
— Хорошо. Выслушайте меня — внимательно. Мы пробежимся через все еще раз, и, если вы не станете слишком торопиться, трудности возникнуть не должны. Первый разрез проходит вдоль всей длины брюха — почти как шов, а затем…
— Проблема в том, что кроме меня таких стрелков в этих местах нет. А говоря по правде, я не так уж уверен и в том, что сам способен был совершить подобные выстрелы. По крайней мере ночью. — Барри высунул голову из спальни, где переодевался перед выходом на дежурство. — Я мало работал с оптическими прицелами.
— А что ты можешь сказать о специальном оружии и о профессионалах?
Его брови поползли вверх.
— Вы имеете в виду полицейских?
Селуччи вздохнул. По его мнению, молодые парни всегда выглядели вздорными, когда старались принять угрюмый вид.
— А вы пытаетесь убедить меня, что в Лондоне не было и никогда не сможет оказаться продажного копа?
— Ну… нет, конечно… но это совсем не так, как в Торонто или в каком-нибудь другом большом городе. — Барри снова исчез в спальне и появился мгновением позже, в форменной полицейской рубашке, расстегнутой на груди, и с башмаками в руках. — Думаю, что смогу порасспросить наших ребят, — продолжал он, усаживаясь на край единственного оставшегося незанятым стула. Мебели в квартире оказалось немного, но телевизор и стереосистема были высшего качества. — Но я тем не менее сомневаюсь, чтобы кто-нибудь из наших парней способен на такое. — Барри глубоко вздохнул. — Вы подумаете, что я хвастаюсь, но даже несмотря на отсутствие у меня опыта работы с оптическим прицелом, ни один из наших не может со мной сравниться.
Вики взяла фотографию выпускников полицейской школы с почетного места на телевизоре. Только одно из сдержанно улыбающихся лиц на фотографии несомненно принадлежало к представителю расовых меньшинств. Барри By. «Плюс пять женщин и вервольф. Великолепная компания!» Все женщины были белые. Фактически таким же был и оборотень. «А полиция удивляется, почему рвутся связи между национальными общинами». На самом деле, она должна была это признать, полиция знала, отчего эти связи приходят в негодность, но была не в состоянии быстро выработать и твердо претворить в жизнь решение, которого хотел каждый сознающий существование этой давней проблемы. К сожалению, «на это требуется время» — не слишком мудрый ответ, когда времени остается все меньше.
— Удивляюсь, как это тебя еще не откопали парни из «Стрелковой ассоциации Торонто». — Она осторожно поставила фотографию на место. Для нее самой все еще было непривычно думать о себе и о
полиции
как об отдельных подразделениях.
Барри улыбнулся несколько застенчиво.
— Меня предупредили, что как только вернусь с олимпийским золотом, в ту же минуту стану их собственностью. — Улыбка сползла с его губ, когда он наклонился зашнуровать башмаки. — Я лучше сам проверю этих ребят, верно?
— Да, если сможешь выяснить, что делали ваши лучшие снайперы в те ночи, когда совершались убийства — это бы нам очень помогло.
— Понимаю. — Узкоглазый полицейский вздохнул, — Жаль, что у нас не было каких-нибудь кризисных ситуаций с захватом заложников в те ночи, — это помогло бы их выявить.
— Жаль, — согласилась Вики, с трудом скрывая совершенно неуместную улыбку. Мальчик — молодой