Хроники крови. Пенталогия

Нет, все в порядке. Вы действовали отлично.
«Могу поклясться, когда ему было восемнадцать, он выглядел как Давид работы Микеланджело. — Она снова закрыла глаза. — Господи, не могу поверить в это. Илайджа мертв, а я сижу здесь и думаю, до чего неправдоподобно хорош собой этот полицейский».
— Доктор Шейн, вам нехорошо?
— Ничего страшного. — Женщина собралась с силами и выдавила бесцветную улыбку. — На самом деле, все в порядке.
Селуччи кивнул. Он не мог не заметить, что Рэйчел Шейн обладает весьма привлекательной улыбкой, даже теперь, когда ее рот кривится в скорбной гримасе. Он задумался, как бы выглядела эта женщина, если бы у нее нашлось сейчас что-нибудь, над чем стоило бы рассмеяться.
— Итак… — Она бросила сырую косметическую салфетку в корзину для мусора. — Если уж вы взяли на себя руководство моими сотрудниками, чем могла бы помочь вам я?
Без какой-либо на то причины Майк ощутил, что уши его краснеют. Он прочистил горло и мысленно поблагодарил судьбу, что не пошел пару дней назад стричься.
— Не могли бы вы осмотреть кабинет доктора Ракса? Вы лучше, чем кто бы то ни было, способны определить, пропало ли что-нибудь оттуда.
Кабинет хранителя находился на другой стороне коридора. Когда они вышли туда, к ним подошел констебль Харпер, сделавший Селуччи какой-то знак.
— В чем дело?
— Это пресса.
— Вот как? Ну и что с того?
— Не должен ли кто-нибудь сделать заявление: просто удержать их от того, чтобы они не разнесли двери?
Майк раздраженно фыркнул.
— Я сам сделаю заявление.
Следя за тем, как детектив целеустремленно шагает по коридору, сжав руки в кулаки и подняв плечи, Харпер подумал, не лучше ли было ему подождать, пока сержант Грэм закончит вместе с сотрудниками обследование помещения, где было найдено мертвое тело. Он предчувствовал, что пресса может получить такие новости, которые нельзя будет напечатать.
Несколько репортеров, столпившихся у поста охраны, узнали детектива, как только музейный охранник ввел его через дверь.
— Нам повезло, — пробормотал один из них. — Это из убойного отдела, сам мистер Конгениальность.
Вопросы посыпались градом, короткие и быстрые. Селуччи молча ждал, посверкивая глазами на стаю журналюг. Когда шум затих настолько, что его можно было услышать, он прочистил горло и начал, причем тон не оставлял никаких сомнений по поводу его отношения к слушателям.
— Сегодня рано утром белый мужчина был обнаружен мертвым в одном из помещений отдела египтологии. Причина смерти пока не выяснена Очевидно, следует подозревать предумышленное убийство; я не имел бы сейчас удовольствия общаться с вами, если бы мы придерживались иного мнения. Если хотите узнать что-нибудь еще, придется подождать.
— А что насчет мумии? — Репортер, стоявший ближе других, сунул микрофон ему под нос. — Мы слышали, что в деле фигурирует какая-то мумия.
Действительно, что же по поводу мумии? Все еще испытывая затруднения в отношении точности формулировок, Майк последовал принятой в их отделе тактике.
— Там не было никакой мумии. В отделе египтологии имелся в наличии только пустой гроб.
— Рассматривалась ли возможность, что этот гроб стал причиной обеих недавних смертей в музее?
— И как бы он мог это сделать? — сухо осведомился Селуччи. — Упал на них?
— А как насчет какого-то древнего проклятия?
«Древнее проклятие убило двоих». Майк сразу же представил заголовки в газетах.
— Не будьте кретином, — процедил он сквозь зубы.
Репортер успел вовремя отдернуть микрофон и, вежливо улыбаясь, поинтересовался:
— Могу ли я процитировать ваши слова, детектив?
Улыбка Селуччи выглядела не менее искренней.
— Вы можете вытатуировать это у себя на груди.
Вернувшись по лестнице наверх, он нашел доктора Шейн и своего напарника стоявшими перед входом в кабинет доктора Ракса.
Грэм повернулся к нему.
— Доктор хочет кое-что сообщить нам, Майк.
Доктор Шейн откинула волосы со лба и потерла лоб.
— Не знаю, может ли это оказаться для вас полезным…. — Она взглянула снизу вверх на Селуччи, поощрившего ее кивком, и продолжила: — Дело в том, что Илайджа всегда хранил у себя в офисе костюм, знаете, для собраний совета директоров и всяких других официальных встреч. Он не надел бы… — Голос женщины на мгновение прервался. — Он никогда не носил костюм дольше, чем требовалось. Во всяком случае, когда я уходила с работы вчера вечером, его серый костюм, белая рубашка и бордовый шелковый галстук — все это висело на двери. Так вот, они исчезли.
Оба детектива обменялись взглядами. Селуччи заговорил первым.
— А как насчет дополнительной пары ботинок?
— Нет,