Хроники крови. Пенталогия

психиатром. Теперь, очевидно, ей придется убедить его, что она должна находиться здесь.
Вики усмехнулась. Ее притворное сумасшествие может довести Ламберт до истинного безумия.
— Чему это ты усмехаешься, дрянь?
Женщина повернулась в сторону Ламберт, и ее улыбка стала еще шире.
— Да пришло вот в голову, — сказала она, тщательно подбирая каждое слово, — что в стране слепых одноглазый — или, как в данном случае, одноглазая, — король.
— Ну, ты и в самом деле спятила, сука, — прорычала Ламберт.
— Рада слышать, что ты тоже так думаешь. — Она не могла увидеть, какое выражение было при этом на лице у Ламберт, но услышала, как Натали спрыгнула с койки, и по движению воздушного потока ощутила, что эта громадина приближается к ней.
Она боролась с почти непреодолимым желанием спрятаться от нее куда-нибудь. Но это не предотвратило бы неизбежное. «И я не собираюсь доставить Ламберт такое удовлетворе…»
Удар огромной пятерни отбросил ее голову назад и чуть не свалил женщину на пол. Она перекатилась на бок и, стараясь не обращать внимания на звон в ушах, встала, напряженно вглядываясь в расплывчатый столб синего цвета, какой представлялась ей Натали.
Слева от себя она услышала хохот Ламберт.
— Значит, наша приятельница хочет подраться, как я понимаю? Это может быть интересно. Всыпь ей как следует, Натали.
Ее подруга хихикнула.
— Итак, с уборкой закончено! — Двери камер отворились, лязгом сопровождая отрывистый лай надзирательницы. — Всем выйти! Робертс, немедленно оденься.
— У меня все тело зудит, начальница.
— А мне плевать, одевайся, живо.
Натали остановилась, и в поле зрения Вики возникла фигура Ламберт.
— Отложим, — пообещала она, поглаживая Натали по массивным бицепсам. — Ты сможешь задать ей трепку попозже. А пока, я считаю, она должна сесть с нами и посмотреть «Колесо Фортуны».
— О Господи… Лучше бы меня избили до потери сознания, — пробормотала Вики, пытаясь вырвать руку из внезапно приобретшей сокрушительную силу хватки Натали.
Ламберт склонилась так близко, что Вики смогла рассмотреть ее улыбку.
— Позже, — многообещающе произнесла она.
*
Билли Боб Дики из Талсы, Оклахома, только успел проблеять что-то, как свет в корпусе погас, и изображение Ванды исчезло, как раз когда она собиралась произнести первое из своих четырех ликующих “е”. В корпусе воцарился полный и абсолютный кромешный ад.
— Каждый остается на месте и не двигается! — Вопль надзирательницы был едва слышен сквозь крики испуга, злости и истерического восторга. — Немедленно всем разойтись по камерам!
Вики не имела ни малейшего представления о том, что видели или чего не видели другие, но по звукам, которые раздавались вокруг, пришла к выводу, что и люди с нормальным зрением сейчас, очевидно, практически ослепли. Надзирательницы, как ей было известно, должны были ринуться к корпусу А, где немедленно займутся запиранием всех дверей вручную, в соответствии с инструкцией. Корпус D останется без наблюдения в течение нескольких следующих минут.
«Полцарства за набор отмычек! Бог дал мне шанс, и если я не сумею им воспользоваться…» Она попятилась назад, задев бедром хлипкий столик. «Он же держится исключительно на честном слове», — ни с того ни с сего мелькнуло у нее в голове.
— А куда, черт побери, ты направилась? — потребовала отчета Ламберт. — Я скажу, когда придет время уходить отсюда. Натали, заверни ее обратно!
— Я не вижу! — раздраженно возразила Натали, и дерево застонало от облегчения, когда она встала.
— Ну и что с того? Она тоже ни черта не видит!
Вики ощутила движение воздуха и отодвинулась в сторону, освобождая ей дорогу.
— “Доверься мне, сказал он, и пойдем. Я последую за тобой, как дитя, — и слепец приведет меня к дому”.
— Что это ты бормочешь, сука?
— Это цитата из поэмы, — пояснила ей Вики, без труда уворачиваясь от следующей атаки Натали; громадина, перемещаясь, создавала в воздухе нечто похожее на тропический ураган, — английского поэта Уильяма Генри Дэвиса. Он говорил, как мне помнится, что, когда все слепнут, преимущество остается за теми, у кого уже имелась практика. — Она улыбнулась и, воспользовавшись прямолинейностью и инерционностью движения великанши, схватила ее за руку и броском через бедро направила тело в нужную сторону.
Звук ломающегося дерева подтвердил, что ее чудовищная мучительница вдребезги разнесла несчастный столик.
— Надеюсь… что ей было… больно, — выдохнула Вики в следующую секунду, когда колени под ней подломились и она свалилась на пол, пытаясь восстановить дыхание. «Боже милостивый, да ведь она весит около четырехсот фунтов; поразительно,