Хроники крови. Пенталогия

не вернул. Ничто не могло ее вернуть, и вот теперь Вики всколыхнула воспоминания о ней. Эта женщина была такой же живой в своем собственном мире, как когда-то Джиневра, и если он сейчас не поостережется, то она вполне может войти и в его мир.
Но ведь он этого хотел, разве не так? Чтобы был кто-то, кому можно довериться. Кто-то, кто способен видеть сквозь маску, которую он вынужден на себя надевать.
Он снова повернулся, чтобы взглянуть на свое отражение в зеркале. Все прочие, мужчины и женщины, в чьи жизни он вторгался после смерти Джиневры, оставляли его равнодушным.
— Держись от нее на расстоянии, — сам себя предостерег он. — По крайней мере, пока демон не будет повергнут. — В зеркале он выглядел не очень уверенным. Фицрой вздохнул. — Остается только надеяться, что я с этим справлюсь.
*
Девушка метнулась за массивный стол, сверкая сапфировыми глазами.
— Я думала, вы джентльмен, сэр!
—
Ты почти угадала, Смит.
—
Капитан с кошачьей грацией отвесил поклон, не сводя насмешливого взгляда со своей жертвы.
—
Или мне следует говорить мисс Смит?
Не
важно. Я был джентльменом. Как ты вскоре убедишься, я давно отказался от этого звания.
—
Он рванулся к ней, но девушка ловко увернулась.
—
Сделаете еще хоть один шаг, и я закричу.
—
Кричи сколько душе угодно.
—
Роксборо уселся на край стола.
—
Я не стану затыкать тебе рот. Хотя мне будет досадно делиться таким прелестным призом со своей командой.
— Фицрой, что это за дерьмо?
— Генри, если вам не сложно, не Фицрой. — Он сохранил файл и выключил компьютер. — А это дерьмо, — сказал он, выпрямляя плечи, — моя новая книга.
— Ваша
что?
— переспросила Вики, поправляя сползшие очки. Когда минуту назад он попросил ее подождать в гостиной, она не послушалась и проследовала за ним в крошечный кабинет, решив, что если Фицрой идет туда, чтобы захлопнуть крышку своего гроба, то она должна это видеть. — Вы в самом деле читаете эту ерунду?
Генри вздохнул, стянул с полки над столом книжку в мягкой обложке и вручил Вики.
— Нет. Я в самом деле
пишу
эту ерунду.
— Ого. — На обложке полураздетая молодая женщина пребывала в страстных и в то же время нежных объятиях совершенно обнаженного молодого человека Объявленная на обложке дата событий гласила: «конец XIX века», но прически и макияж особ на ней явно не соответствовали заявленному периоду. Заглавие и имя автора были выведены бледно-лиловым рукописным шрифтом: «Хозяин судьбы», Элизабет Фицрой.
— Элизабет Фицрой? — удивилась Вики, возвращая книгу.
Вампир вернул томик на полку, откатил стул от стола и поднялся, насмешливо улыбаясь.
— А почему бы и нет? Она имела столько же прав на это имя, как и я.
Приставка «Фиц» обозначала незаконнорожденность, ею награждали внебрачных детей, признанных родителями. «Рой» говорило о том, что отец — королевской крови.
— Значит, вы, как и церковь, не признали его развода?
Его улыбка стала еще шире.
— Я всегда был верным подданным короля, моего отца. — Генри внезапно нахмурился и замолчал, словно пытаясь вспомнить что-то, а когда заговорил снова, речь его звучала уже менее насмешливо. — Мне нравилась ее милосердное величество королева Кэтрин. Она была добра к ничего не понимавшему мальчишке, оказавшемуся в ситуации, в которой он не разбирался, да и не очень хотел разобраться. Ее высочество принцесса Мэри, дочь Екатерины, могла бы игнорировать меня — или сделать какую-то гадость, но она приняла меня как брата. — Тут в его голосе зазвучало раздражение. — А вот мать Элизабет мне не нравилась, и это чувство было взаимным
[7]
. Учитывая, что все заинтересованные лица давно почили вечным сном, могу подтвердить: я действительно не признал того, что отец развелся. Впоследствии он стал умнее, казня неугодных ему жен.
Вики окинула взглядом полку с книжками в мягких переплетах, но Фицрой вежливо, но неумолимо выпроводил ее из кабинета.
— Думаю, у вас нет недостатка в сюжетном материале, — нерешительно пробормотала она.
— Ваша правда, — согласился Генри, дивясь, почему некоторым людям легче общаться с вампиром, чем с автором сентиментальных романов.
— Наверное, теперь вы можете посчитаться со многими из своего прошлого. — Из всех возможных вариантов развития событий, которые в воображении Вики могли произойти за время вечернего совещания с четырехсотлетним вампиром, незаконнорожденным сыном Генриха VIII, ни один не включал того факта, что он окажется создателем —
как там это называется?
— слезливого чтива.
Генри ухмыльнулся и покачал