Хроники крови. Пенталогия

теплая вода, взглянул в собственное отражение в зеркале.
– Всегда в этих клозетах плохое освещение… – но закончить эту сентенцию не успел. Из зеркала на него взирала сама Смерть.
– Вы Гарри Чен, если я не ошибаюсь? – с безукоризненной вежливостью осведомился стоящий у него за спиной Генри, зубы которого, однако, были оскалены в не предвещавшей ничего доброго улыбке.
Чен оцепенел, прекрасно понимая, что этот светловолосый человек прекрасно знает, чью жизнь сейчас держит в своих руках. Беспомощно опустив мокрые руки, он обернулся.
– Если попытаешься позвать на помощь, умрешь раньше, чем хоть один звук вылетит из твоей глотки, – предупредил Фицрой, как только гангстер попытался открыть рот.
– Похоже, я и так обречен… – Но все-таки он еще не был мертв, поэтому говорил почти шепотом, голос его дрожал, и он ничего не мог с этим поделать. Но все же, несмотря на весь свой страх, Чен надеялся на помощь охраны. – Кто подослал тебя? Нгуен, эта вьетнамская собака? Нет, – ответил он сам себе, – этот тип не воспользовался бы услугами проклятых… – Внезапно осознав, что в подобных обстоятельствах крайне неблагоразумно поднимать расистские темы, Чен поправился: – Нгуен бы не подослал тебя. Слушай, ты ведь профи, верно? Я тоже. Кто бы ни заплатил тебе за мое убийство, я дам тебе больше. Гораздо больше. Наличными, наркотиками, девочками. Всем, чем ты, черт тебя подери, захочешь. Я все для тебя достану.
Не услышав в ответ ни звука, Чен повернул голову и посмотрел своему противнику в глаза. Лучше бы он этого не делал!
– Таких, как ты… не… должно… существовать… – с трудом произнося слова заплетающимся языком, выговорил он.
Он едва сдержался, чтобы не взвыть от ужаса. Говорить становилось все труднее. Генри с трудом разбирал его слова.
– Ты так полагаешь? – спокойно спросил Фицрой. Несмотря на все презрение, которое он испытывал к этому китайцу, вампир был удивлен силой его духа. – В таком случае тебе нечего бояться, разве не так?
– Ну сделай, сделай это, подонок!
– Сначала ты ответишь на мои вопросы.
Чен сглотнул и с трудом совладал с желанием подставить этому странному убийце свое горло.
– Иди… к… дьяволу!
Генри глухо зарычал.
Несколько минут спустя удивленный долгим отсутствием босса охранник распахнул дверь уборной.
– С вами все в порядке, мистер Чен? Мистер Чен? – В голосе его слышалась все более сильная паника; тело босса, лежащее под раковиной, он разглядел не сразу.
На теле Гарри не было никаких следов. Что стало причиной смерти – так и осталось неразрешимой загадкой.
*
Гарри Чен тоже ничего не знал. Генри в раздражении швырнул кожаные перчатки на сиденье и, заведя свой “БМВ”, рванул с места. Проснувшийся голод требовал крови. Только кровь сможет смыть воспоминания о тех, кого ему пришлось допрашивать в эту ночь. Фицрою стоило больших трудов сдержаться, чтобы не напиться крови Чена. Этого делать было нельзя.
Потому что это означало бы, что он пьет кровь всех тех людей, которых погубил этот мерзавец.
Но его все больше и больше мучил голод.
*
Бары уже закрывались. Наступило время ночных клубов, располагавшихся на чердаках и на задворках кабаре. На улицах повсюду были пробки. Селуччи и не предполагал, что движение в столь поздний час окажется таким интенсивным.
– А все из-за того, что люди, живущие в Вест-Энде, здесь не только пьют и делают покупки! – Тони махнул рукой, указывая на высотные многоквартирные дома, которые почти закрывали собой небосвод и между которыми, по обеим сторонам улицы, ютились шестиэтажные кирпичные здания. – Это вам не Торонто! Здесь все перемешано. Прошлой осенью даже какие-то американцы приехали сюда из Сиэтла, чтобы посмотреть, как мы тут хорошо устроились.
Селуччи хохотнул и тут же резко отскочил в сторону, так как из переулка, который они только что миновали, послышалось бренчанье падающих железных банок, затем какой-то глухой звук, и все это было пересыпано отборными забористыми ругательствами.
– С чего это вы так перепугались? – Тони подхватил его под руку. – Ничего страшного не произошло – просто кто-то неудачно залез в мусорный контейнер.
– Зачем это? – переспросил Селуччи, позволяя себя остановить.
– То есть как зачем? Бродяги ночью устраивают рейды по помойкам, копаются в контейнерах в поисках того, что можно продать. Или, на худой конец, чем перекусить. Наиболее оборотистые обзавелись для этого специальными крюками, ну а остальные забираются туда чуть ли не с головой.
Парень засунул руки в передние карманы джинсов и пнул ногой попавшую под ноги смятую банку. У детектива возникло впечатление, что Тони не по себе, когда он проходит мимо бездомной братии.