Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
свои адреса. Больше всего меня поразило заявление какого-то Фредди, который написал так: — «Столкновение с кометой, несомненно, приведет к ужасной катастрофе, но жизнь на Земле, в том числе и разумная, сохранится. Возможны три сценария — комета врезается в Землю под прямым углом, то есть отвесно. Вот тогда катастрофа будет просто чудовищной. Даже в том случае, если она взорвется не долетев до Земли, примерно на четверти земного шара не останется ничего живого. По всей планете, независимо от того, куда придется удар, пройдет гигантская волна высотой до трех и более километров, но жизнь на Земле все равно сохранится и люди смогут выжить. Полагаю, что в таком случае шансы на выживание будут иметь примерно полтора, два процента людей. Второй сценарий менее пессимистичный. Комета падает на Землю под углом от пятидесяти до тридцати градусов. В таком случае шансы выжить в катастрофе уже существенно выше. Спасется до семи процентов людей. Последний сценарий — оптимистический, комета врезается в Землю по касательной, под углом в двенадцать, пятнадцать градусов и рикошетом уходит в космос. Даже в этом случае последствия будут ужасными, но при таком сценарии двадцать пять, тридцать процентов людей спасутся и сохранится до пятидесяти процентов флоры земли. Фауне будет нанесен вдвое больший ущерб, но и она не исчезнет навсегда. Правда, Человечество в таком случае ждут времена тяжелых испытаний.»
«Черт с ними, с тяжелыми испытаниями — главное выжить во что бы то ни стало!» — подумала я и тут же полезла в почтовик, чтобы посоветоваться с одним своим приятелем. Ему я написала по-английски письмо такого содержания: — «Джимми, срочно прочитай все, что я тебе отправила и немедленно дай мне знать, что ты обо всем думаешь!» Было половина двенадцатого ночи. Набросив поверх домашнего халатика кожаную куртку, я вышла на балкон, сдвинула в сторону белье, открыла окно и закурила, чтобы успокоиться. Сотовый телефон я на всякий случай взяла с собой, вдруг Джимми решит мне позвонить сразу же. Наша квартира находилась на третьем этаже и выходила окнами на озеро Невель, но только до того, пока на той стороне улицы не построили несколько многоэтажек. Была середина марта, через месяц у Аленки день рождения. Почти весь снег растаял, но кое-где лежали не растаявшие, грязные, словно бездомные дворняги, сугробы. Уже вовсю пахло весной, но меня эти запахи не радовали, хотя и слегка будоражили, но сейчас мне было не до них. На нашу планету надвигалась катастрофа.
Джим Флетчер, которому я написала короткое письмо, англичанин из Ливерпуля, инженер-кораблестроитель. В своем Ливерпуле, до финансового кризиса, он строил яхты для миллионеров и неплохо на этом разбогател, пока продукция его компании не перестала пользоваться спросом. Я познакомилась с ним два года назад на Канарах и мы провели с ним вместе чудесные две недели. Вот за этого парня, хотя он и англичанин, я бы вышла замуж, но он, сволочь, в последний день сказал мне, что у него есть жена и трое маленьких детей. Набить бы ему морду за то, что он так красиво ухаживал за мной и, вообще за все то наслаждение, которое этот гад мне тогда доставил, но я, немного подумав, не стала этого делать и мы расстались друзьями. Правда, не хотела бы я встретиться с его женой. С тех пор мы вели с Джимом переписку по электронной почте и я изредка дразнила его тем, что посылала ему фотографии своих интимных мест. Пусть сволочь помучается. Иногда мы созванивались, но все же не так часто. Когда я, выкурив третью сигарету, хотела было вернуться с балкона в комнату, в кармане куртки завибрировал телефон. Это был Джим и первые же его слова были такие:
— Вальюша, я позвонил одному из тех парней, которые написали комментарии к материалам Стива Мак-Кинли, он действительно астроном из обсерватории Дадли, штат Нью-Йорк, Филу Баркли из Гринвича, и тот подтвердил мне всю серьезность ситуации. Да, на нас действительно несется огромная ледяная дура, причем со страшной скоростью и практически по прямой. Фила, как и меня, больше всего насторожило, что сайт, открытый Стивом, просуществовал всего четыре с половиной часа. Вальюша, девочка моя, спасибо, что ты меня предупредила об этом. Ты же знаешь, Интернетом я пользуюсь только для переписки. Так что ты меня очень сильно выручила. Предупрежден, уже вооружен.
Для чего Джиму нужен Интернет, меня нисколько не интересовало. Пусть он там хоть порнуху разглядывает. Меня интересовало только одно — самое лучшее средство спасения и я спросила его хотя и вполголоса, но все же очень сердито:
— Джимми, как ты думаешь, какое средство спасения самое лучшее? Учти, пилотировать самолет я не умею.
Джим тут же ответил:
— Вальюша, такого большого самолета у тебя все равно нет. Самое лучшее средство спасения,
