Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
вопроса: — «Нам что, взять и прямо сейчас его взорвать? Будет вам дом, не пропадете, а сейчас собирайте только самое ценное, а всякое барахло, которому грош цена, оставляйте, мы вам новое взамен выдадим.» Да, братки ни с кем не церемонились, но и никого не обходили своим вниманием. Из нашего дома они забрали всех одиноких стариков и старух и на просьбу, дайте помереть в родном доме, отвечали: — «Бабка, помрешь там, где за тобой будет кому приглядеть и в случае чего похоронить.»
Поэтому Новый год мы собрались было встречать втроем, но к нам нагрянули Славка, Виталик и Мишка и забрали с собой в один из лагерей спасения. Специально для того, чтобы показать мне, как они там все организовали. Нас привезли в деревню Павлищево, где было построено с более сотни утепленных бараков, в которых, в общем-то в неплохих условиях, зимовало тысяч пятнадцать человек. Настроение у людей было вполне бодрое, хотя им уже сказали, какая всех ждет в скором времени беда. Наверное потому, что им показали три десятка укрытий, большинство из которых уже были готовы. Видеть бетонную подводную лодку на бумаге это одно дело, а вот посмотреть на нее вблизи и пройтись по ней — совсем другое. Из Павлищево, которое из крохотной деревеньки превратилось в городок, мы поехали к Павлищевской горе. Сказано, конечно, громко, но это был пологий, вытянутый в дину с севера на юг холм, высотой в добрых девяносто метров над уровнем небольшого озера, лежащего у его подножия, длиной в добрых шесть километров. За этим холмом и спрятались железобетонные махины укрытий, облицованных стальными листами, которые уткнулись в него своими острыми носами.
Сначала мы зашли в то из них, которое предназначалось для спасения людей. Оно было двухэтажным, а если точнее, то просто с багажным отсеком трехметровой высоты. Он был изготовлен из толстенных брусьев. Все понятно, деловой лес будет в дефиците после Апокалипсиса. Поэтому и короба, к которым были прикреплены сиденья офисных кресел без ножек, тоже были изготовлены из таких же брусьев толщиной в двадцать сантиметров. Под ними можно было поставить дорожные сумки или клетки с домашними животными. Убежище было рассчитано не на две с половиной, а на две тысячи человек и когда я посмотрела на его систему жизнеобеспечения, то широко заулыбалась. В нем, судя по всему, можно продержаться не менее двух, а то и всех трех недель. Виталик, видя мою улыбку, сказал:
— Ярославна, наши инженеры покумекали, и решили сварганить общаковский противогаз с запасом. Тут месяц можно будет просидеть. Даже сортир имеется, не говоря про медицину и все остальное. Может быть ты того, все же останешься.
Замотав головой, я ответила:
— Нет, ребята, мы с Аленкой поплывем искать свое счастье.
Богатыри показали мне несколько складов, забитых под самый потолок всем, что они только смогли собрать и все было установлено и уложено так, чтобы эти вещи могли пережить землетрясение и не превратиться в груды хлама. Упаковочных материалов никто не жалел. Им тоже найдется применение. Самое главное, что все было заложено в прочные ящики и поставлено на стальные стеллажи. Вот это я понимаю, порядок. Посреди каждого убежища стоял ряд массивных бетонных колон, так что крыша не должна обрушиться ни на головы людей, ни на все те ценности, которые были заложены на хранение. Меня сразу же заинтересовало, кроме нас, псковских, кто-нибудь строил убежища? На вопрос я получила довольно невразумительный ответ Мишки:
— А фиг его знает, сеструха. Нам же по соседям мотаться некогда, но я тебе одно скажу. Железная дорога работает исправно. Мы отгружали госзаказ, а нам, молчком, гонят в область цемент, листовой металл, арматуру, топливо. Думаю, что те, кому нужно выжить, обязательно выживут, а кто утонет, так и черт с ними. Значит они не люди, а так, уроды какие-то.
Тут я с ним была полностью согласна. Джимми тоже говорил мне, что у них в Англии некоторые люди молча строят убежища везде, где только можно, а другие бьют баклуши, но все же англичане куда больше надеялись на плавсредства и он уже построил свыше тридцати больших спасательных батискафов, а точнее помог построить их тем людям, которые обратились к нему за помощью. Приготовились англичане и к гражданской войне, а потому заранее организовали отряды самообороны. В Англии, как и в нашей области, о грядущей катастрофе не говорилось ни слова, но многие англичане, как и Димка, тоже улетели в Тибет и Гималаи. Когда я рассказала ему про своего брата и про то, как он подготовился к этому, Джимми сказал:
— Вальюша, твой брат настоящий мужчина. Вот увидишь, он переживет эту катастрофу и спасет жизнь многим людям. — После чего тут же поинтересовался — А у вас строят убежища?
Этот разговор произошел уже после того, как я побывала
