Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
Хозяйка, мне тоже не нравилось, а что поделаешь? Зато мне понравилось, что я могла превращать дейров в послушных помощников людей. Воду в подземном озере, а оно было даже больше размером, чем Железное озеро, дейры уже очистили и ее можно было смело пить.
Именно с такой новостью мы и вернулись в Каражал. Там я собрала несколько женщин из числа тех, которые не смотрели на меня волком, и показала им очень интересный фокус с рыбой, высохшей на солнце в кость. Первым делом я налила воды в большой пластиковый таз, потом положила на стол рыбину размером чуть ли не в мою руку, вытащила из ножен «Катран, отрубила ей голову, хвост, вспорола брюхо и вынула из него ссохшиеся в черный кокон внутренности, после чего приложила по дейру спереди и сзади и попустила в воду. Через каких-то пять минут я достала из таза рыбину имевшую такой вид, словно ту выловили минут десять назад, обезглавили и выпотрошили. Халида, глядя на меня восхищенными глазами, воскликнула:
— Валя, ты настоящая фея, просто волшебница!
Поцеловав женщину в щеку, я засмеялась и сказала:
— Нет, Халида, я просто Зеленая Хозяйка. А теперь я покажу вам, девочки, как можно всего за каких-то десять минут приготовить отличное пиво, но для этого мне понадобится ячмень или просо. На худой конец сойдут даже кукуруза или пшеница. Правда, спешу сразу же предупредить, мое пиво будет иметь крепость не больше четырех градусов и вашим мужчинам придется выпить его ведра полтора, чтобы захмелеть. А еще я могу научить вас, как сделать дрожжевое тесто без дрожжей.
Всего я этот день я рассказала о дюжине способов, как с помощью дейров, причем иногда они полностью уходили в продукт, ну, для этого я их и растила, а иногда им ничего не делалось, как в случае с пивом или при стирке даже самого грязного белья и одежды без стирального порошка и мыла, обихаживать себя и своих мужей, кормить семью и лечить некоторые тяжелые заболевания, с которыми не справлялась целебная вода, которую дейры насыщали полезными веществами, из которых уже сам организм человека, мог черпать что-то вроде строительных материалов для самовосстановления. В общем мне было о чем рассказать, но и это не переменило отношения ко мне некоторых людей, хотя языки все они прикусили. В городке только и было разговоров о том, в каких огромных зеленых монстров могут превратиться с виду совершенно безобидные зеленые лепестки по первому же приказу Зеленой Хозяйки. Ну, разговоры разговорами, а пиво, изготовленное по моей рецептуре, между тем все пили с огромным удовольствием и не плевались.
На пятый день после уничтожения колбитов на реке Сарысу, когда на развилке Тимофей и Айдар начали накапливать войска, мы отправились огромной колонной на юг. Я ехала впереди на своем обновленном, но еще не доведенном до ума полностью «Уральчике», сидя за рулем. Тенгиз сидел на пассажирском сиденье, а Игорь и Ира на откидных сиденьях у нас за спиной. После реконструкции кабины, напротив пассажирского сиденья была установлена откидная бронеплита, Тенгиз мог спокойно наблюдать за тем, что творилось впереди. Хотя мощнейший двигатель и позволял мне спокойно подниматься на холмы, я их все же объезжала и ехала по той колее, которую уже однажды проложила. Скорость у моей машины была теперь больше, мощные «Кразы» от нас не отставали ни на метр, а потому мы доехали до моего озера меньше, чем за сутки, но поскольку решили, что ехать ночью будет не слишком-то приятно, переночевали в полупустыне и на следующий день, в половине одиннадцатого доехали почти до места, но были остановлены конным отрядом вооруженных людей человек примерно в триста. Впрочем, некоторые сидели верхом на двугорбых верблюдах-бактрианах, но имели от этого ничуть не менее грозный вид. Вооруженные автоматами, пулеметами и даже гранатометами, они вылетели на нас из-за холма метров двухстах пятидесяти впереди и были настроены весьма решительно не смотря на то, что на кабине «Уральчика» стояли спаренные крупнокалиберные пулеметы «Утес» с дистанционным управлением, выглядевшие очень грозно.
Мне ничего не оставалось делать, как затормозить и остановиться метрах в пятидесяти от всадников. Это были не колбиты, их бы я давно уже почуяла, а какие-то воинственно настроенные казахи, одетые в национальные наряды, но с вполне современными развесками поверх них. От отряда оторвался молодой мужчина, на голове которого была надета к тому же еще и каска с красной звездой, при виде ее мне уже стало легче, сидящий на вороном скакуне и это была не какая-то монгольская лошадка, а рослый, красивый и горячий жеребец. Увидев скакуна, Тенгиз невольно заулыбался. Всадник подлетел к нем, хлестнул камчой по бронестеклу и громко закричал по-русски:
— Разворачивайтесь и уезжайте отсюда! Вы не возьмете здесь
