Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
нужно поскорее.
Еще меня очень порадовало то, что пищевики уже почти полностью разобрали кита на запчасти и от него остался один только скелет и голова. Исчезла и акула, которую увидела Аленка, а также была собрана вся рыба, даже самая мелкая и повсюду, куда только не посмотри, ее солили, чтобы потом еще и закоптить, а для этого множество людей собирали каждую щепку. В толпы людей, снующих по улицам не без дела, а занятых конкретной работой, потоками вливались все новые и новые работники. В сторону же Москвы шли целые колонны. В общем все было не так уж и плохо если не считать того, что с запада на нас медленно, но верно накатывались грозовые тучи. О том же самом меня предупредил генерал Прохоров и я немедленно сделал штормовое предупреждение, но надо же знать наш народ. Видя, что каждая лужа является соленой, отчего даже собаки и те их брезгливо обходили стороной, люди стали быстро ладить дождевые ловушки и явно ждали дождя, мечтая, чтобы тот был посильнее. Ну, судя по всему на Москву надвигался не просто дождь, а тропический ливень и лично я связывал это с тем, что огромное количество воды пришло в атмосферу вместе с кометой.
Скиба, сидевший за рулем, подвез нас к одному из убежищ и мы вошли в него вместе с Чаком и генералом Прохоровым. Тот еще не нашел свою семью, которая долетела до Москвы и благополучно приземлилась. Когда мы вошли в один из четырехэтажных особняков, я озадаченно клацнул зубами. Ну, Скиба, ну, молодчина! Не мудрствуя лукаво, мой самый лучший друг, оказывается, еще очень давно подготовил для меня и всего своего семейства шикарную семикомнатную квартиру на втором этаже, а в соседнюю, раз уж так случилось, этот квартирмейстер распорядился вселить семью и друзей Чака Мелвилла. Об этом тому сказала невысокая, чернокожая, симпатичная девчушка, которая назвала этого парня «Дэдди». Увидев Аленку, Дженни потащила было мою приемную дочь к себе, но той хотелось посмотреть на свою новую комнату и ей пришлось присоединиться вместе с Чаком к нам. Не знаю, где в этот момент были друзья и родные американца, наверное где-то трудились, тетя Зина, мать Скибы, немедленно усадила нас за стол и я понял, Апокалипсис мы пережили и теперь нужно думать, как нам жить дальше.
Глава 3 Дождь очищения
Аленку и Дженни тетя Зина сразу же увела в детскую комнату, а мы сели за стол перекусить, чтобы снова приняться за работу. У меня от всей той суеты, которая творилась три с половиной часа на Новоминским шоссе, голова пошла кругом. Пододвигая к себе большую тарелку картошки с мясом, в большой кухне-столовой пахло еще и жареной рыбой, я спросил:
— Товарищ генерал, сколько же всего бортов вы посадили?
— Тысячу двести шесть, не считая своего, — ответил генерал Прохоров, с жадностью набрасываясь на еду и добавил, — только не спрашивай, как мне это удалось. Я и сам этого до сих пор не понимаю, но временами, друг за другом на полосу садилось сразу семь аэропланов, майор. Это просто чудо, что при посадке не произошло ни одной катастрофы и сотворил его ты.
Отрицательно помотав головой, я снова возразил:
— Нет, я тут не причем. Просто волна шла на город с запада и почти все, что она несла с собой, осело там, в Москве. Нам пришлось сгрести с площадки только всяческую мелочь и мусор.
— Ну, все равно, майор, это твои водители тягачей и бульдозеристы сработали очень оперативно. Они же добрых полсотни бортов буквально в последнюю секунду сдернули с бетонки и утащили в сторону, а потому не случилось ни одного столкновения. Именно это все и решило в конечном итоге. Честное слово, всех бы их представил к званию Героя России.
Скиба не только уплетал картошку, но и быстро переводил слова генерала Чаку и тот, выслушав его, сказал:
— Сэр, нужно отдать должное еще и мастерству пилотов, ведь многие, мгновенно оценив обстановку, сами отводили самолеты в сторону от автострады сразу же после посадки.
Генерал, выслушав перевод Скибы с английского на русский, кивнув, согласился с американцем:
— Что верно, то верно, парень. Пилоты пассажирских аэропланов — просто чистое золото. У многих топлива только и оставалось на то, чтобы выровнять самолет и приземлить его. Командовать такими, одно удовольствие. Все с полуслова понимают.
Подумав, что это самый удобный момент и другого случая может быть уже и не представиться, я сказал:
— Вот и отлично, Петр Семенович. Летчики всегда найдут общий язык друг с другом, а потому принимай бразды правления нашим укрепрайоном, а может быть и всей Москвой, на себя.
Генерал, сидевший напротив, наклонился вперед, покрутил пальцем у виска и свирепым голосом рыкнул:
— Ты что, Батя, сдурел? Дорогой ты мой, мы же авиация, мы без средств наземного
