Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
и с подполковником Трофимовым, попросив его ни в коем случае не сдавать высоту. Он пригнал с собой лишь часть техники, ракетных комплексов брать не стал, но был настроен очень серьезно. Ну, а то, что вся Кашира лежала в руинах, похоже, что там никто палец о палец не ударил, чтобы укрепить здания, произвело на него сильное впечатление. Я думаю, ведь он прослужил в этом городе двенадцать лет и потому потерял многих друзей и знакомых.
К вечеру мы вернулись домой и на этот раз я уже не стал истязать себя и завалился спать, но перед этим дал команду «Отбой» всем остальным. Все равно, как бы ты не старался, за один день всей работы не переделаешь. Не хватало, чтобы кто-то еще загнулся от натуги. Аленушка провела весь день на свежем воздухе, в большом детском лагере и сразу же стала рассказывать мне, сколько новых подружек и друзей у нее появилось. Уложив детишку спать, я и сам рухнул в постель, как подкошенный, да, и уснул практически мгновенно. Ну, а с наступлением утра нового дня, мы со Скибой и Чаком отправились на нашу новую базу. На окраине, на противоположной стороне от Новоминского шоссе, стоял большой, двухэтажный супермаркет — мощная железобетонная постройка, которую нам пришлось укрепить лишь частично. Туда-то Скиба и решил перенести нашу базу и даже более того, пока я отсутствовал, сделал это. Не знаю, уж, сколько народа он собрал, но бетонную стену, которая была отлита для защиты здания, они успели не только обвалить, но и утащить. Теперь, если срезать стальные листы и вместо витражей на первом этаже установить большие ворота, то внутрь можно будет запросто закатывать вертолеты. Перед супермаркетом находилась большая площадь с тремя фонтанами, но их уже заложили бетонными плитами, снятыми с его фасада.
Все- таки наши строители поступили очень грамотно, когда таким образом отливали бетонные стены, что достаточно было снять стальную опалубку, их не составило особого труда обвалить отдельными блоками размером четыре на четыре и толщиной метр с четвертью. Они были разделены досками и одновременно соединены по внешней стороне арматуринами, а потому стоило только перерезать арматуру, так все, можно сбрасывать их на покрышки и оттаскивать к фонтанам. В общем осталось только завершить работы по минимуму и навести марафет, чем мы и занимались до обеда, пока не наступило время идти на похороны. На кладбище собралось немного народа, только родственники, близкие и друзья умерших и погибших. Мы пришли туда при оружии, построили строй почетного караула, на похоронах даже играл духовой оркестр и под звуки траурного марша гробы были опущены в землю. Мы сделали в их честь три ружейных залпа. Президент вместе со своими помощниками был похоронен рядом с простыми москвичами и гражданами других стран.
На похороны прилетели все мои коллеги из других районов и после панихиды и поминального обеда мы снова провели совещание, но уже не такое продолжительное. Я рассказал им о своем визите в тульскую область и о том, как бывший прокурор одного из районов Дербента спас жизни почти сорока пяти тысячам туляков. Это не вызвало ни у кого особого удивления, а когда я сказал, что поменяю специальную боевую технику на ми восьмые, то мне было вежливо предложено заткнуться. То, чем я лично должен был вскоре заняться, все мои коллеги считали делом наиглавнейшим. Никого даже не возмутил такой вопиющий факт, что в отряде «Ночной дозор» будут воевать пятнадцать граждан США и семеро французов. Главное для них заключалось в том, чтобы мы не дали ни одной сволочи начать маленькую, победоносную завоевательную войну после Апокалипсиса. Поэтому мне отдавали не только все вертушки, но и топливо. Хорошо, что его приплыло к нам немало. Заодно я выяснил, что водолазы, обследовавшие уже очень многие линии метрополитена, сказали, что из метро нужно только откачать воду и просушить оборудование. С подводных лодок уже снимали водяные насосы, нашлись они и в наших хозяйствах, так что работы по откачке воды должны были начаться уже начиная на следующий день и они начались.
Мы же все три дня после похорон занимались техникой, тренировал и притирались друг к другу. Всех иностранцев мы распределили по боевым группам поровну и сразу же стали учить их русскому языку и приемам обращения с новым для них оружием, старыми, надежными и мощными автоматами «АКМ», пулеметами «Печенег» и снайперскими винтовками «СВД». На строевую подготовку мы как-то не очень обращали внимание, да, и шутка ли дело, весь наш отряд почти на девяносто процентов состоял из одних только офицеров. Ну, а чтобы никому не было обидно, наш начальник генерального штаба полковник Борисов присвоил всем рядовым и сержантам лейтенантские звания. Пустячок, но Скибе было все равно очень приятно получить из его рук лейтенантские погоны.
