Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
в морские контейнеры и их после этого еще и обваривали стальными листами, временами заглядывали в соседний. Двадцать пятого апреля, патрулируя город вместе с Павлом Скибой, мы остановились ночью возле торгового центра с открытыми настежь дверями — бери, что хочешь, не стесняйся. Надо сказать, что большинство москвичей не показывали себя вандалами и не громили магазинов понапрасну. Был цел и этот.
Двигаясь практически бесшумно, мы вошли в магазин и замерли, вслушиваясь в тишину. Как бы не зажимал насильник рот своей жертве, а ее все равно довольно часто было слышно, если он не вырубал ее ударом по голове. Минуты через три мы услышали приглушенный вскрик. К тому времени мы уже столько раз слышали такие звуки, что могли сразу же определить пол и возраст жертвы. Сегодня это явно была совсем еще девчонка. А еще в этот день был назван наш всеобщий смертный час — двадцать девятое мая. Снова в полдень к народу обратился президент. Обрекая всех на смерть, хотя и не по собственной воле, он был одет во все черное и позади него стоял российский флаг с черным, траурным бантом. На этот же раз мы увидели его небритым, чуть ли не с недельной щетиной, одетым в свитер, с черными кругами под глазами. Честное слово, я даже зауважал мужика. Усталым, охрипшим голосом он сказал:
— Сограждане, сегодня я могу назвать вам день и час катастрофы. Столкновение с кометой-убийцей произойдет двадцать девятого мая в три часа пятьдесят две минуты. Она не пролетит мимо Земли и это плохая новость, но у меня для вас есть две хорошие новости. Комета ударит не по центру, а вскользь, так что сила удара будет в десятки раз слабее и она вероятнее всего рикошетом уйдет в космос. Разрушения будут чудовищными, особенно от Атлантики до Урала, так как комета ударит по Восточному побережью США. Я уже принес соболезнования американскому народу, который ждут наибольшие потери в людских жизнях. Очень много людей погибнет, так как после падения кометы как в Атлантическом океане, так и Тихом океане образуются огромные волны, которые с чудовищной скоростью помчатся на восток и на запад. Это произойдет потому, что удар кометы придется по району Великих Озер в США, по западной части озера Гурон. В данном случае континент Северная Америка выступит в роли мембраны, по которой будет нанесен сильнейший удар и от него во все стороны будет расходиться сейсмическая, ударная и водяная волны. Почти невозможно сказать, какой именно регион в нашей окажется наиболее безопасным. В горах самую страшную опасность будут представлять камнепады и обвалы, а на равнине ударная и водяная волна. В любом случае до трети населения нашей страны может спастись. Все эти дни, как вы знаете, цементные заводы работали на полную мощность, арматуры и проката у нас тоже в избытке, а все ценное, что может пригодиться выжившим, закладывалось в прочные стальные контейнеры. По всей стране строились убежища, но никто не может сейчас сказать, в каких именно люди переживут катастрофу, а в каких нет. Со всей очевидностью можно сказать только одно, нельзя зарываться глубоко под землю. Сейсмический удар будет очень сильным и он самый опасный. Поэтому за сутки до катастрофы будут остановлены все атомные и тепловые электростанции. И еще, товарищи, Россия вместе со всеми остальными ядерными державами предпримет беспрецедентную акцию — пуск всех имеющихся у нас на вооружении ракет с термоядерными боеголовками. Американские, российские, китайские, французские, английские и израильские, а также все остальные ракеты полетят навстречу комете тремя волнами в зависимости от летных характеристик и возможностей ракет. Термоядерные взрывы, а они достаточно чистые, испарят часть кометы и перед ней образуется газовая подушка, которая послужит тормозом и смягчит силу удара. В том числе и поэтому человечество не погибнет, но нас всех ждут впереди тяжелейшие испытания. Как и вы все, я буду спасаться не в каком-то особенном, а в обычном убежище и если Бог даст, то выживу. Специальные же средства спасения будут отданы людям более молодым, которым еще жить и жить. Нас всех, товарищи, ждет месяц упорной работы.
То, что я услышал, вселило в меня хоть какую-то надежду на то, что мои родители, бывшая жена и самое главное сын с невесткой, жившие в Кисловодске, смогут остаться в живых. Еще в первые же дни я сказал Вовке, что самое безопасное место это подняться в горы и спрятаться от волны за Эльбрусом, хотя он, сволочь, и двуглавый. Правда, я предостерег его и сказал, чтобы они ни в коем случае не приближались к зоне вечных снегов и льдов. Ледники обязательно поедут вниз, а это верная смерть, они же разрушат любое убежище. Вовка послушался и вместе с друзьями уже построил железобетонный бункер на тридцать человек. Таких там возвели уже несколько сотен, люди вкалывали
