Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
легких, в которую превращалась часть газовой смеси. Человеку только нужно было за что-то ухватиться и закрыть рот какой-нибудь тканью. Более того, к нам в район уже пришло с десятка полтора таких бедолаг, которые спаслись вообще не прячась ни в каких убежищах и тем не менее выживших. Ну, а в самой Москве спаслось немало собак, кошек и других животных, которые не прятались по подвалам. Зато по подвалам и в канализации, захлебнулось все живое, в первую очередь крысы, но выжило много птиц. Ну, а в этом лесу, как я уже успел заметить, также выжило немало зверья и весьма часто мне на глаза попадались их следы. Зеленых слизней я заметил не так уж и много и большинство из них, а это в любом случае были считанные единицы, скукожились и потемнели, сделавшись буровато-зелеными. Как и везде, они были лакомством для всех животных и птиц.
Все это меня радовало ничуть не меньше, чем спасшиеся после катастрофы люди, вот только жизнь научила меня не бросаться с объятьями к каждому. В этом плане Скиба был пожестче меня и, чего греха таить, поосмотрительнее, но и я не смотря на то, что был подвержен влиянию первого впечатления, все же был осторожен в выборе знакомств. Люди, прибывшие на большом батискафе, на первый взгляд производили приятное впечатление и я почему-то сразу же подумал, что они американцы, хотя среди них было много темноволосых мужчин и женщин. Ну, наверное эти были мексиканцами или еще какими латиноамериканцами, а то и вовсе индейцами. Чтобы не гадать понапрасну, я пошел влево, добрался до края поля, перешел через дорогу и лесом, держась метрах в семидесяти от опушки, стал осторожно заходить к ним в тыл. Под камуфляжной курткой у меня был вложен в оперкобуру пистолет «Стечкина» с четырьмя запасными обоймами, а справа, на ремне, висел подсумок с пятью гранатами, причем свето-шумовыми. Еще у меня был с собой нож разведчика, доставшийся мне в качестве трофея от сбрендившего полковника, плюс еще кое-какая опасная мелочевка, спрятанная в одежде и берцах, вроде тычкового ножа и двух метательных даже не ножей, а скорее дротиков с короткими, плоскими рукоятками. Стараясь двигаться бесшумно, я вышел к тому месту, где на земле лежали два стальных троса с якорями. Они были туго натянуты, но судя по тому, что батискаф проложил в лесу целую просеку, его пассажирская гондола была размером с большой железнодорожный вагон, посадка вышла мягкой.
Крадучись двигаясь вдоль просеки, я подошел поближе, спрятался за стволом большого дуба с обломанной верхушкой, лес был смешанный, присел на корточки и принялся наблюдать за лагерем спасшихся. Да, это точно были американцы и они как раз занимались сборами в дорогу. Похоже, что несколько человек все же пострадали при приземлении, но уже оклемались и один мужчина средних лет доказывал, что он сможет не только идти со сломанной рукой, но и нести груз. Ну, тут он не угадал. Идти ему точно не придется хотя бы потому, что от трех громадных поплавков явственно попахивало авиационным керосином. Как же, стану я отказываться от такого количества дармового топлива. Поднявшись на ноги, я, выходя из-за дуба, поднял вверх обе руки и, шагая вперед, громко крикнул:
— Привет, путешественники! Я русский и не причиню вам вреда. Наоборот, я помогу вам добраться до американской колонии в России. К нам прибыло много американцев и вы не будете чувствовать себя одинокими. Не бойтесь меня.
Ну, тут я, кажется, поторопился, так как у меня за спиной чей-то насмешливый голос произнес:
— А мы тебя и не боимся, парень.
Вот ведь зараза! Какой-то тип так тихо подобрался ко мне сзади, что я его даже не услышал. Чтобы ему впредь неповадно так шутить над людьми, я огрызнулся:
— Подкрадываться сзади нехорошо. Можно запросто получить по башке, ну, да, ладно, прощаю.
Тип быстро шагнул вперед, обходя меня справа, встал ко вне вполоборота и с широкой, доброжелательной улыбкой сказал:
— Кто бы говорил. Сам не поленился сделать такой крюк, чтобы зайти к нам с тыла, и еще обижаешься. Ладно, не сердись, русский, давай знакомиться, я Джо Одинокий Медведь, но не американец, а индеец из племени гуронов, в общем канадец. Но среди нас есть и американцы.
Рядом со мной стоял крепкий малый моего возраста, хотя и одетый в камуфляж и даже с морпеховской конфедераткой на голове, все же с длинными черными волосами, заплетенными в косу. Весело рассмеявшись, я воскликнул:
— Настоящий Чингачгук! Ловко ты ко мне подкрался, я даже ничего не почуял, хотя вроде бы должен был. Меня зовут Сергей, для простоты можешь называть меня Серж. Я большой босс.
Пожав мне руку, Джо сказал, кивнув с улыбкой:
— Ты тоже ходишь по лесу очень тихо, Серж, но я за тобой вообще не шел. Я просто спрятался под сломанными ветками там, куда обязательно должен прийти
