Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
опытный следопыт, чтобы разглядеть, кто же это приплыл в Россию верхом на волне. Ты чуть было не наступил мне на голову, когда крался. У нас тут очень пестрая компания и мы все с Великих Озер.
Кивнув в ответ, я со вздохом сказал:
— Понятно, с того самого места, куда свалилась комета. Там наверное, теперь образовалось вместо трех, одно громадное озеро. Зато теперь вам не придется никуда идти, я схожу за мотоциклом, свяжусь со своими друзьями и мы на вертолетах доставим вас в Москву. Там собралось уже немало американцев.
Мы вышли из леса и нас тут же обступило множество людей. На самом деле их прилетело даже больше двух сотен. Как вскоре выяснилось, двести тридцать семь человек, но еще до того выяснилось, причем сию же минуту, что Москва с ее американцами этим переселенцам и на фиг не нужна. Тот мужчина со сломанной рукой, белый тип с окладистой бородой, воскликнул:
— Мистер, а нельзя ли нам поселиться в сельской местности, на каком-то большом озере? Мы все родились и выросли у воды и для нас город — хуже самой поганой тюрьмы.
«Н- да, задача, где же я вам возьму озеро?» -подумал я и, вспомнив про князя Дербентского, к которому мы уже отправили всю свою скотину, вежливо поинтересовался:
— Старина, с озерами у нас тут проблемы, не согласитесь ли вы жить возле реки? Она, правда, не очень большая, но у моего друга уцелел не только рыбозавод, но даже осетры и форель в маточных прудах. Увы, ничего лучшего я предложить тебе не могу.
— О, осетры, форель! — Радостно воскликнул бородач — Это здорово! Я тоже умею разводить рыбу. У меня у была в Штатах, возле Мьюнисинга, рыбная ферма, но я разводил на ней лососей и даже захватил с собой две канны с мальками. Мне бы поскорее добраться до воды и выпустить их в бассейн с проточной водой. Меня зовут Баз Клеменс, мистер.
Хлопнув бородача по здоровому плечу, я сказал:
— Вот и отлично, Баз. Тогда вас сегодня же отвезут туда, но весь ваш керосин я заберу себе. Он мне нужен для вертолетов. Зато у моего друга вы будете в безопасности. Он наш, русский индеец, но не с равнины, а с гор. Не волнуйтесь, там вам ничто не будет угрожать, у моего друга есть маленькая армия. Под ее защитой вы будете в полной безопасности. Через несколько часов вы все увидите какова она, наша река Ока.
Джо тут же с удивлением спросил меня:
— А вы что, уже начали воевать друг с другом из-за еды? Если так, то мы точно покажемся вам лишними.
Я поторопился успокоить его:
— Нет, Джо, у нас пока что все тихо и к тому же у нас во многих местах сохранились даже посевы на полях. Да, и в лесу, как ты должен был заметить, уцелело много животных, но знаешь, идиотов ведь и у нас хватает, поэтому лучше жить там, где имеются надежные парни, умеющие держать в руках оружие. Сейчас я схожу за своим мотоциклом и мы обо всем поговорим.
Индеец сложил ладони у рта воронкой и трижды громко крикнул, подражая какой-то птице, после чего сказал:
— Не волнуйся, Серж, мой младший брат Билли сейчас приедет на твоем мотоцикле и заодно привезет твой рюкзак. Когда ты пошел к нам, он сразу же отправился за твоим мотоциклом. На поплавке находился наш наблюдатель с биноклем и когда услышал звук мотора, смог тебя хорошо рассмотреть. — Широко улыбнувшись, он пояснил — Чужая страна — свои порядки. Поэтому мы и не спешили никуда уходить с этого места, Серж, но у нас имеется кое-какое оружие, чтобы отбиваться от хищников.
Не думаю, что Валера Магомедов станет разоружать жителей Великих Озер, а вот База Клеменса за его мальков он точно задушит в объятьях. Вот чего я так до сих пор и не понял, так это странного поведения волны-цунами, которая имела в ширину больше сотни километров и вела себя вопреки всем законом физики. Ладно, с кипящим слоем все понятно. Вся нижняя часть волны была битком набита зелеными студенистыми слизнями и те разлагали воду на какой-то неправильный кислород и водород в огромных количествах, из-за чего волна пощадила все невысокие постройки. Все это так, не ведь одновременно с этим она пощадила и реки, слизнув с них только верхний слой воды. К тому же именно в реки попало больше всего слизней и вот там-то им уже ничто не угрожало. Однако, не смотря на это морская вода почти не смешалась с пресной. Зато, грязнючая, как чума, просто какая-то мазута, она, залив все подвалы, заполнила их таким количеством ценнейшего, блин, удобрения, называемого сапропелем, а как по мне, так просто ила, что тот мигом забил все канализационные стоки и сливы. Эта черная гадюка оседала довольно быстро, но как только ее начинали баламутить насосами, снова превращала воду в черную жижу. Наши ученые, немного подумав и поэкспериментировав с мензурками и зелеными слизнями, махнули рукой и велели сливать грязь в Москва-реку и остальные московские речушки, велев заодно выпустить
