Он русский офицер, прошедший через две кровавые войны, вырастивший сына, но расставшийся со своей женой, та не выдержала тягот жизни с простым офицером и ушла к другому. Из-за этого все последние годы Он живёт только своей новой работой на ‘гражданке’ и так руководит подчинёнными, точно такими же бывшими офицерами, как и Он сам, что те прозвали его Батей.
Авторы: Александр Абердин
днями и ночами, а это означало, что многие из них спасутся и мое сердце успокоилось хоть немного. Оружие у моего парня имелось, три автомата и тысяч пять патронов, который у меня хватило ума приватизировать после второй чеченской войны. Правда, я сразу же задумался, есть ли у нас возможность выжить самим, а также спасти тех людей, кому некуда было уезжать из Москвы, да, и не на чем? К тому же у меня и у самого появилась надежда пожить немного, пусть и в полностью разоренном катаклизмом мире. И вот, в тот момент, когда я уже начал задумываться о том, что можно сделать для этого, в который уже раз какая-то сволочь насилует, судя по сдавленному писку, совсем еще девчонку. Жестом показав Скибе куда тот должен двигаться, я бесшумным, скользящим шагом быстро двинулся вдоль полупустых уже полок, ориентируюсь на писк, довольно громкое сопение и возню.
Послышался треск разрываемой ткани. Ага, значит наш клиент еще не приступил к делу. В большом торговом зале, довольно далеко от того места, куда насильник затащил свою жертву, горело несколько ламп и в их отдаленном свете я увидел такую картину, что чуть не взревел от бешенства. Здоровенный мужичина, устроившись на груде какого-то барахла, навалился мускулистым, крепким телом на соплюшку лет пятнадцати, если вообще не четырнадцати, зажав той рот левой рукой, а правой срывая с нее одежду. Рядом с ним блестел хромом пистолет «Беретта». Самое отвратительное заключалось в том, что его торс туго обтягивал голубой десантный тельник и он был одет в камуфляжные штаны. Камуфляжная куртка с полковничьими погонами лежала рядом. Быстро шагнув вперед, я откинул нагой «Беретту» и что есть мочи ударил насильника ногой в бочину, аккурат по почке. Удар у меня получился настолько знатным, что я сбросил им полковника с девчонки. Это был здоровенный лосяра, не чета мне. Рядом с ним я был просто хлюпиком, хотя и довольно бедовым. Мгновенно вскочив на ноги, он развернулся и двинулся на меня. В его руке тускло блеснуло черное лезвие ножа разведчика. Хорошая вещица — «НР-2», у меня такого никогда не было.
Глаза полковника были совершенно безумными, но перегаром от него не несло. Увидев перед собой мужчину немного выше среднего роста и довольно сухощавого телосложения, в камуфляже с нашивками за пять ранений и орденскими планками, к тому же в голубом берете и автоматом, нацеленным ему в живот, он встал, как вкопанный и взгляд его сделался более осмысленным. Не знаю, хотел он мне что-то сказать или нет в тот момент, но я, оскалив зубы, нажал на спусковой крючок и автомат в моих руках дважды дернулся и громко татакнул, выпуская две пули в живот насильника с полковничьими погонами. Нож выпал из его рук и упал на полированный гранит пола с громким стуком. Полковник схватился руками за живот и вслед за ножом упал на колени, а потом завалился на бок. Улыбнувшись, я молча кивнул девчушке, шагнул вперед и первым делом вытащил из кармана брюк мерзавца ножны. Вложив в них нож разведчика, знатное оружие в руках умелого пользователя, как говорит сын — юзера, я отступил назад. Полковник, посмотрев на меня, попросил:
— Добей, Богом прошу. Я с этой бл*дской кометой совсем рехнулся. Всю свою семью порешил, уже семерых девчонок изнасиловал и убил, чтобы они не мучились в ожидании смерти.
— Ну, и козел. — Зло сказал я полковнику — Придурок, ты же мог реально спасти их от смерти. Сегодня об этом даже президент сказал. Никогда ему не верил, а в этот раз поверил.
Полковник коротко взвыл и спросил:
— Это правда или ты брешешь, майор?
— Правда. — Зло сказал я — До сегодняшнего дня я только и делал, что стрелял таких тварей, как ты, и ждал смерти, а теперь все, хватит. Теперь я буду спасать свою жизнь и жизни такой вот детворы. — Отступив еще на шаг назад, я присел и, не сводя глаз с полковника, осторожно толкнув девчонку прикладом, попросил ее — Давай, малышка, укройся и пойдем поищем тебе что-нибудь из одежды, а потом я отвезу тебя домой.
Тут подошел с ворохом одежды в руках Скиба и сказал:
— Ты нас не бойся, мы из «Ночного дозора». Слышала про таких бойцов, которые на северо-западе шакалов мочат? Батя тебе правду сказал. Выжить мы действительно сможем. — И спросил меня — Товарищ майор, может быть добить эту падаль?
Полковник сквозь зубы процедил:
— Не надо. Я должен в муках сдохнуть. Идите, парни, Бог вам в помощь, а я сейчас встану и пойду отсюда на помойку. Там мне самое место, дерьму поганому.
Не знаю уж как полковник это сделал, но он все же встал, хотя в принципе обе пули-то позвоночник не задели. В общем он встал и на подгибающихся ногах без единого стона ушел, сержант бросил девчонке, платье на которой было разорвано сверху донизу одежду, мы оба отвернулись и я спросил ее:
— Ты где живешь, малышка? Куда тебя отвезти?
— Никуда.
