Хроники Равалона

богов Небесного Града.
Кривой Ручей запомнился райтоглорвину веселыми криками, песнями и деловито снующими всюду людьми. Тогда готовились к ярмарке, и деревня выглядела очень пестро, заставленная повозками с товаром. Пузатые горшки соседствовали с наглыми гусями, яркие ленты развевались на ветру в опасной близости от свежих сладостей, бочонки с медом соседствовали с бочонками с пивом, пронырливые бродяги уже пытались продать чужих лошадей, а где-то под дружный хохот пороли невезучего вора. Суета и подготовка к празднику — так запомнилась деревня Филиусу.
Теперь же вместо нее были только сгоревшие развалины и разруха. Там, где на входе раньше стояли ярмарочные столбы с приветственной надписью, в землю было вбито копье с изображением страшной морды наверху. А над мордой — сжатая в кулак белая рука с оттопыренным средним пальцем. Символ Темной Орды.
Филиус похолодел. С ним, конечно, было Благословение Грозного Добряка, но его не хватит на патрульную группу объединенных сил Восточной Степи. Вот убоги дери… Прости, Великий и Единственный Познавший Истину, прости слабого слугу твоего.
А ведь когда он уезжал из герцогства Гилиона Рыжего, то там даже слухов не ходило о Нашествии, никто не подозревал об опасности, нависшей над королевством.
Лучше сейчас поспешить и как можно дальше убраться из герцогства Макалистера Синебашного, как можно дальше от Восточной Степи и ее безумных орд…
Вот убоги дери!
В этот раз он даже не попросил прощения у Грозного Добряка.
Они увидели друг друга одновременно — банда хобгоблинов, высыпавшая из ближайшего дома с кучей хлама и свертков, и райтоглорвин, растерянно сжимающий Камень Управления, заставлявший его телегу двигаться без лошадей.
Минута молчания и созерцания была прервана улюлюканьем хобгоблинов, радостно побросавших вещи, доставших короткие мечи и побежавших к нежданной добыче.
Филиус от неожиданности изощренно выругался.
Хобгоблины затормозили и уставились на райтоглорвина, осмысливая услышанное.
— Это как? — решил наконец спросить один из них.
Филиус от стыда покраснел. А затем вокруг Камня Управления заплясали белые огоньки. Хобгоблины насторожились, но было поздно — разряд молнии, перескакивавший с одного бандита на другого, прошелся по их отряду, мгновенно убивая каждого. Испуг Кая придал Благословлению Грозного Добряка больше Силы, и ни один хобгоблин не ушел.
Райтоглорвин перевел дух, успокаиваясь. После порыва Могущества его бога Филиус чувствовал себя слегка опустошенным. Но ничего, силы должны скоро восстановиться. Пора уезжать отсюда, в округе могут бродить еще шайки мелких бандитов, сопровождавших Темную Орду так же, как маркитантки регулярные армии…
В тишине разрушенной деревни раздался плач. Филиус вздрогнул.
Это была девочка. Десятилетняя человеческая девочка. В грязном оборванном платье. С заплаканным лицом и с запекшейся кровью на щеке. Хобгоблины засунули девочку в мешок и потащили так же, как и другие вещи. Для хобгоблинов все, что не хобгоблин, — вещь, хобгоблиновская или пока еще не хобгоблиновская вещь.
Она бредила и, кажется, умирала. Филиус вздохнул. Вера обязывала. Ибо Грозный Добряк учил: помогай каждому страждущему, и вера твоя станет его верой, рано или поздно, но станет.
Он отнес девочку в фургон, отыскал пару лечебных зелий универсального характера. Сначала надо было сбить жар, а потом попытаться понять, что с ее разумом. Грозный Добряк учил — тело в делах мирских важнее души, но в делах религиозных нет ничего важнее души.
Слова из Писаний так и лезли в голову. Пусть перед ним была больная маленькая девочка, но в первую очередь он был райтоглорвином-проповедником, а девочка не была посвящена в таинства Грозного Добряка. Он поможет ей, но взамен она узнает о вере Грозного Добряка и Лестнице Совершенства.
Ближе к ночи, когда Филиус уже достаточно далеко отъехал от Кривого Ручья и решил заночевать в лесу, поставив Камень Управления на защиту от нечисти, девочке стало лучше, она перестала бредить и заснула здоровым сном. И тогда он решился проникнуть в ее разум и познать, что произошло и о чем с ней не стоит никогда говорить, дабы не отвернуть от веры в Грозного Добряка.
Детское сознание не представляло проблем для Благословения Единственного Познавшего Истину, оно открылось для Филиуса, и он окунулся в воспоминания…

…Это был небольшой отряд орков и гоблинов, налетевших на Кривой Ручей рано утром, когда жители деревни только-только просыпались. Они атаковали храм Старшего Громовержца, шаман-гоблин разнес его ударом огромного синего шара пламени, жрецы не успели даже взмолиться своему Покровителю.