Трилогия «Проклятая кровь» в одном томе. Твари из адских измерений, нечисть из аномальных зон, нежить из пораженных некроистечениями земель, креатуры черных магов, обезумевшие духи и элементали — вот стандартный набор, с которым часто приходится иметь дело боевым магам. Но помогать упырям? Работать на Повелителей преисподней? Нет, тут уж лучше отказаться. Что? Не получится? Тогда боевому магу не остается ничего, кроме как выполнить контракт. Но когда вокруг гибнут бессмертные, как смертным выполнять свою работу? Содержание: 1. Проклятая кровь. Похищение 2. Проклятая кровь. Пробуждение 3. Кружева бессмертия
Авторы: Пашковский Юрий Юрьевич
Ну вот, еще одно воспоминание, которого только что не было. Хорошо, что всего лишь воспоминание. Гм. Пока всего лишь воспоминание.
— Все пострадавшие от Инфекции Соратники сейчас обитают в нижних этажах Цитадели моего Лорда, — горестно вздыхая, продолжил Глюкцифен, проигнорировав слова Эльзы. — Им тяжело. Они потеряли Искру, а для Бессмертного это много значит. Смертным не понять. Хотя, если кто и поймет, то, наверное, маг, которого лишили Локусов Души. Потерянное могущество, о котором не забыть. Власть, которую не вернуть. Сила, без которой ты просто не знаешь, как жить. Это малая часть чувств, которую переживают мои несчастные собратья. А еще — ощущение смерти. — Глюкцифен содрогнулся. — Я разговаривал с некоторыми… и я, Бессмертный, испугался смерти во время этого разговора.
«
Неудивительно, ведь не знают боги и убоги объятии Печальной Жрицы. Души ваши лишь томятся в Бездне рядом с Тартарарамом, а не распадаются на части, подобно перерождающимся душам смертных».
Уолт бросил короткий взгляд на элхида. С того момента как маги разместились в таггоре, Цфик-лай-Тораг уже несколько раз озвучивал всем известные истины с видом как минимум пророка, возвещающего о скором приходе Тв
а рца и Судном Дне. Судя по тому что эльф со словами: «Клянусь Феаноаром, я уже и забыл, как это раздражает!» — после третьего откровения переместился от психомага к противоположной «глазнице», пренебрегая отсутствием кресла, подобное поведение являлось для эль-элхида обычным.
— Как вам сказать… — Глюкцифен почесал затылок, достал из шерсти блоху размером с палец, внимательно осмотрел ее и засунул под мышку. — Мы, убоги и боги, рождаемся со знанием того, что бессмертны. Нет, мы, конечно, рождаемся не так, как вы, смертные, но в общем появляемся на свет в результате определенных событий. И мы с самого начала нашей жизни знаем — вокруг Онтос, который защитит нас на родной земле от чего угодно. Для нас это естественно. И вдруг наше естество просто исчезает. Пропадает раз и навсегда. И мы…
Глюкцифен замолчал, посмотрев в сторону. Уолт невольно проследил за его взглядом. Ничего необычного, просто белая кость тагорра. Зачем убог туда смотрит?
— Мы прибыли, — объявил козлоголовый и исчез.
Джетуш, всю дорогу болтавший с Фа Чоу Цзы о старых добрых временах, быстро поднялся, резко прервав разговор. Волшебнице это не понравилось, она нахмурилась и встала, недовольно звякнув вплетенными в волосы колокольчиками. Уолт, пока они ехали к зоне Инфекции, уловил вокруг колокольчиков сложные плетения заклятий. Наверняка что-то вроде его колец, только намного сложнее и опаснее. О сырой магии Ракура имел смутные представления, она упоминалась в общем курсе магии, но боевыми магами Школы не использовалась. О нечистой магии и психомагии Магистр знал намного больше, хотя и они использовались частично. В целом боевая магия стремилась в первую очередь взять разрушающие и уничтожающие заклятия из каждого раздела волшебства и создать из них нечто новое. Как, например, Четырехфазки, перед которыми не может устоять ни один Стихийный Щит. Поэтому боевые маги разбираются во многих областях магии, но достигают высот в какой-либо одной. Как, например, экселенц магии Земли Джетуш Малауш Сабиирский.
Верхняя часть тагорра поднялась, открыв взору чародеев вид на местность, больше всего похожую на долину, где были разбросаны разрезанные напополам друзы горного хрусталя. Вот только размер друз был соответствующим гигантомании Подземелья: каждая возвышалась метров на шесть над землей, растягиваясь в стороны на десять — пятнадцать метров. От минеральных громад в четыре стороны тянулись тени, создавая некое подобие креста. Эльф и элхид уже стояли возле ближайшей друзы и задумчиво ее осматривали.
Выбравшись наружу, Уолт отметил, что козлоголовый находится позади тагорра, опасливо поглядывая на цель их путешествия. Серая плоть Подземелья, приближаясь к долине, обращалась в слой, напоминающий янтарь. К образованному соприкосновением серого и янтарного рубежу убог не спешил приближаться. Уолт, подавая руку спускающейся из таггора Эльзе, внимательно следил за выгружающимися из задней части транспорта фуриями. В отличие от козлоголового, Продолжающие направлялись прямиком в долину. Вооруженные плетьми-семихвостками с острозубыми черепами на концах и короткими копьями, мерно мерцающими на удивление не декарином, а октарином, фурии бесстрастно заходили в зону Инфекции. Впрочем, если бросить, допустим, секиру в горящий
