Трилогия «Проклятая кровь» в одном томе. Твари из адских измерений, нечисть из аномальных зон, нежить из пораженных некроистечениями земель, креатуры черных магов, обезумевшие духи и элементали — вот стандартный набор, с которым часто приходится иметь дело боевым магам. Но помогать упырям? Работать на Повелителей преисподней? Нет, тут уж лучше отказаться. Что? Не получится? Тогда боевому магу не остается ничего, кроме как выполнить контракт. Но когда вокруг гибнут бессмертные, как смертным выполнять свою работу? Содержание: 1. Проклятая кровь. Похищение 2. Проклятая кровь. Пробуждение 3. Кружева бессмертия
Авторы: Пашковский Юрий Юрьевич
плетений и контуры чар, свившихся вокруг трещины в реальности, возникшей между Нами и Софией, мудрено сказал бы что-нибудь о дискретной аннигиляции континуальности. Но ни одного Архимага в глубинах Раш-ати-Нора не было.
Нами еще успел увидеть, как София улыбнулась ему. И умерла. Отражение Меча, истинное Отражение, а не малые копии, которыми он сражался с Ялдабаотом, пронзило Дочь Змея, уничтожая и нынешнее ее воплощение, и эфирную сердцевину, и энергемы. Нами понял: она ничего не сделала, чтобы помешать Мечу отправить ее в здешнее посмертие.
Крест и письмена на стенах потеряли форму и обратились в кровавые потоки. Кшанэ со стоном упала, Элинора бросилась к ней, упырь, воя от страха, метнулся в проход, а Аль-сид…
Аль-сид напряженно вглядывался в Нами, и руки его носились по свертку с материальным активатором Посоха: вверх-вниз, вверх-вниз — так носятся по дому проказливые духи, сбрасывая утварь на пол. Бегают руки, нетерпеливые пальцы теребят чешуйки Червя Гор, и глаза брата-гомункулуса полнятся горечью и печалью, как чаша на празднике вином.
«Ты никогда не любил сравнивать», — напомнил себе Нами.
«Но ты уже другой», — напомнил ему Тень.
«Но я — еще я», — напомнил Тени Нами.
Паланкин времени остановился, носильщики недоуменно поглядывали на хозяина, но тот не торопился приказывать им поспешить дальше. Время, затаив дыхание, вглядывалось в Нами. В его душу.
«Я — Тень».
«Я знаю, кто ты».
«Теперь я — Отражение твое и Меча. Я есть Ты».
«Ты не есть Я».
«Поздно. Ты принял Меч. Ты принял Меня. Ты создал Меня. Я — часть Тебя. Отныне мы часть той Силы, что вечно жаждет Власти — и когда-нибудь ее получит».
«Я — это только Я!»
«Так никогда не бывает. Я всегда часть Мы, Они, оно невозможно без Ты. Ты и Я — вот что теперь твое Я».
«Нет, Тень. Я и Ты будем Я и Ты, пока мы…»
«Вы не дойдете».
«Это не тебе решать».
«Ты принял Меч. Не воспользовался его Силой, а открыл ему душу. Ты создал меня, Тень Меча. Ты изменил свою судьбу, свое предназначение, свою сущность. Отныне решения принимаются не только тобой, но тобой — и мною».
«Этого никогда не будет!»
«А сколько твоих решений — именно твои? Не Сестры. Не возникшие под влиянием Видений. Не отвечающие надеждам Кшанэ. А — твои. Только — твои».
«Пока ты убеждаешь меня, пока ты пытаешься заставить меня поверить… Нет, Тень. Ты — это не Я. Ты — лишь отпечаток Силы Меча. И если я не позволю ему стать больше, то останусь собой. Ведь Меч все еще не властен надо мной. И ты — Ты! — этому непосредственное подтверждение».
«Ты самоуверен. Ну что же. Посмотрим, что из этого получится!»
Время небрежно махнуло рукой, и паланкин тронулся, спеша поскорее добраться до цели своего бесконечного путешествия.
— Ты… — начал Аль-сид, готовый в любой момент принять Облик.
— Я… — хрипло бросил Нами, опуская руки. — Только я. Меч… ушел.
— Но как ты выдержал? — недоуменно спросил Аль-сид. — Не понимаю…
— Будь осторожен, — слабый голос Кшанэ заставил его резко развернуться, но с ней, по крайней мере внешне, было все в порядке. Элинора поддерживала эльфийку, не давая ей упасть. — Будь осторожен, Нами. Мы мало знаем о Мече и Истоке его сил, но одно известно точно: он коварен. Два
