Хроники Равалона

для Онтоса Молодых Бессмертных? — Уберхаммер небрежно вытянул левую руку. Ладонь сложилась в кулак, по плечу поползло левое крыло из нижней пары.
Эльза хорошо понимала, что будет дальше. Исполинская гора-голова — и хрупкая волшебница с беспамятным боевым магом под ногами. Нетрудно догадаться, что Силы убога вполне хватит для того, чтобы проделать с ними то же самое, что и с горой-головой.
Сейчас вылетит серебряный луч…
Горловина загудевшего Ангнира расцвела ярко-зеленым цветком; изумрудные лепестки распахнулись, выпуская из нутра Копья Богов октариновый вихрь, переполненный до краев Силой, Силой непривычной, странной, но, Эльза могла поклясться, заполни ею боевое заклинание, ударь по Одинокой горе на границе Олории и Сабиира — и от горы останутся лишь воспоминания.
Вихрь совершенно бесшумно изогнулся над Эльзой, направив воронку в сторону Разрушителя. Что-то шевельнулось там, внутри магического коловращения, и Эльза пошатнулась: на плечи словно уселась упитанная гарпия.
— Тем не менее, — Уберхаммер прищурился, — мне надоело строить из себя не рассуждающего о последствиях исполнителя. Наследие опасно в первую очередь для Старших, но и мне не хочется прочувствовать мощь Деструктора. В идеале и я выживу, и с Онтосом ничего не станется. Но господин сказал: «Онтосу Младших убогов и богов Наследие ничем не грозит». Он сказал именно так, и, зная его склонность к точным формулировкам, мне не хотелось бы узнать, что произойдет с Младшим Бессмертным, а не его Онтосом. Лишиться разума или Функции я не желаю. Поэтому у меня к тебе есть предложение, смертная.
«Никогда не верь убогам, — говорил Франциск ар-Тагифаль внучке. — Они обманывают, всегда обманывают. Их речи могут показаться неопасными, их обещания — ясными и прозрачными. Но никогда и ни за что не верь Разрушителям, если они решат заговорить с тобой. Помни, твое предназначение бороться с ними и их последователями!»
— Мне приказано лишь покончить со смертным, что находится рядом с тобой. Если быть точным, он лежит сейчас позади тебя. Давай договоримся: я не стану трогать тебя, и ты покинешь Подземелье целой и невредимой. Взамен ты отдашь мне смертного, коему суждено умереть от моей руки. Соглашайся, это очень выгодное предложение.
«Соглашайся! — прошипел холодный голос со стороны затылка. — Соглашайся, дура! Жизнь — вот что важно! Честь? Клятва? Верность товарищам? Все это невозможно, если ты умрешь! Ты должна жить!»
Не верь убогам!
Уолт…
Эльза набрала полную грудь воздуха и на выдохе подробно повторила Уберхаммеру все, что слышала от старших боевых магов в адрес Конклава, Тварей, нечисти и конкурентов из различных Орденов. Разрушитель прищурился, когда узнал, куда он может отправиться и что там с ним будет делать Барах Вулканов всеми своими десятью фаллосами.
— Жаль, — вздохнул Таллис. К нему вернулось привычное презрение, которое он выделял, как лед холод. — Я не люблю лишние осложнения…
Серебряный луч вырвался из левой руки. Октариновый вихрь метнулся ему наперерез, поглощая посланную в Эльзу убоговскую энергию. Но следом за первым лучом почти сразу же ударил второй — с правой руки Уберхаммера!
Эти мгновения тяжелой печатью упали на разум Эльзы. Вот кинжальным выпадом летит прямо ей в грудь серебряный луч убоговской энергии. Вот из раковины выплескивается еще один октариновый вихрь, склоняется, пытаясь прикрыть Эльзу. И вот навстречу лучу быстро, невероятно быстро поднимается Уолт — декариновый кокон вырывается из его Маски Хаоса, закрывая Ракуру и ар-Тагифаль.
Разрушение столкнулось с Разрушением. Но подобное, сойдясь с подобным, не породило свою противоположность. Эфир столкнувшихся Сил закрутился мельничными жерновами, разрывая даже ткань реальности Подземелья; в черных трещинах, разбежавшихся от места столкновения, сверкнули десятки, сотни, тысячи Глаз — Глаз без глазниц и век, одни лишь белки и зрачки. Они заглянули в открывшуюся им реальность, потянулись, стремясь ухватиться за обрывки действительности, воплотиться в бытии живого мира, но Подземелье быстро затянуло раны, закрыв чужеродному существованию (или — не-существованию?) путь в Равалон, оставив смертных и Бессмертного улаживать свои дела без посторонних.
Маска Хаоса Уолта вспыхнула, осыпаясь серебристой пылью. Удар Разрушителя обратил одежду Магистра в рваные клочья; пострадали руки, грудь и голова, превратившись в одну сплошную кровоточащую рану. Артефакт, дарующий Онтологический Эфир, не выдержал атаки Молодого убога. Если вихрь Эльзы полнился силой, способной снести гору, то мощь удара Таллиса Уберхаммера могла лишить Ундориан Великой гряды со всеми обитающими