Хроники Равалона

Не верю! Это не может быть правдой! Меня создавали не ради уничтожения подобных убожеств! Брату и Сестре хватило бы собственных сил, чтобы выгнать вас из Эфирных Пенат!
Не-Уолт разжал пальцы, и Уберхаммер упал на черно-белую поверхность Меона. Не ожидавший свободы убог хлопнулся на задницу. Но отпустив Разрушителя, не-Уолт не убрал хвост, и густой индиго с ядовитой прозеленью по краям, вырванный из тела Таллиса, столпом декаринового света ударил в небосвод. Небо набухло киноварью и осыпало черную тварь и Бессмертного ржавчиной искр. Второе крыло из средней пары засохло, словно вырванный из земли побег. Таллис взвыл, схватившись почему-то за грудь.
— Убирайся, убожество! — приказал не-Уолт. Уберхаммер непонимающе посмотрел на нависающую над ним антрацитовую громаду.
— Я дарю тебе жизнь! Убирайся к своему хозяину и предупреди: Тень идет за ним. Уолта Намина Ракуры больше нет, но есть Тень.
Отвернувшись от убога, не-Уолт направился к Эльзе. Меон проседал под его шагами. Все еще не веря, Уберхаммер поднялся, ненавидяще глядя на противника. Глаза Разрушителя сузились. Он вскинул левую руку, и нижние крылья в мгновение ока оплели конечность.
Эльза хотела закричать, предупредить, но сил не хватило даже на это. Только лежать и смотреть. Смотреть, как не-Уолт появляется за спиной Таллиса Уберхаммера и удлинившимися когтями разрезает голову убога на пять частей, как брызжет серебряная кровь и как в небосвод врезается еще один столп энергии — декариновой, такой яркий и насыщенный, что вскоре Эльза перестает видеть его.
Давление ауры Уберхаммера исчезло, как и ощущение безграничной Мощи убога. Уолт… Не-Уолт убил Бессмертного? Преодолел Онтологический Эфир и нанес смертельное ранение? И не только нанес, но не дал Онтологическому Эфиру вылечить его? Да кто же он такой?!
— Я пошутил! — Не-Уолт довольно захохотал, вытаскивая когти из рассеченной головы. — Я сам передам твоему хозяину, что он будет иметь дело с Тенью! Я…
Смех прервался. Не-Уолт заинтересованно уставился на плеть белой энергии, возникшую в воздухе рядом с телом бездыханного убога. Мелькнул хвост, пытаясь схватить плеть, но она ужом метнулась к Уберхаммеру и влилась в тело Бессмертного. Не-Уолт хмыкнул и пригнулся, подымая хвост и вытягивая его над спиной.
Таллис поднимался, окутанный ветвящимися молниями декарина. Снова давление ауры Бессмертного сковало Эльзу, снова накатило ощущение чудовищной Силы, превосходящей бытие смертного.
Не-Уолт наблюдал за Уберхаммером как ни в чем не бывало.
— Смотрю, кто-то снабдил тебя частичкой Метаона, убожество. Забавно. Я помню: возле Книги Инобытия Маг-Дракон убил тебя, лишив Онтоса. Но ты восстал. Слабак и слюнтяй не смог понять истинную подоплеку происшедшего, но мне хватило одного раза…
— Наговорился? — нагло перебил восставший из мертвых Таллис. — Посмел называть меня ничтожеством, но ты смог убить меня лишь один раз. Маг-Дракон — даже он одним своим ударом лишил меня четырех жизней! На твоем счету лишь один Пекатум, а я теперь полон всей своей Силой — Силой Ничто!
Восемь крыльев (не шесть — восемь!) распахнул Уберхаммер, бросаясь на не-Уолта, как разъяренный мангуст на кобру; восемь крыльев чистейшего декарина. И снова сознание Эльзы, потерявшей Локусы Души, не выдержало сияния убоговского Топоса и милосердно лишило зрение возможности видеть концентрированную энергию Разрушителя. Но ар-Тагифаль по появившимся в руках Молодого убога двум серебряным клейморам догадалась, куда Таллис направил свою Силу. Действительность жалобно всхлипнула, рассеченная взмахами мечей убога; и в ужасе бежали от разреза в ткани реальности Глаза, испугавшись истечений безумной Мощи Разрушителя, проникших в бездну, служившую им домом. Теперь бездна поспешила замкнуть разрывы, соединившие ее с Подземельем.
Чернота снова надвинулась на мир, но была отогнана взмахами клеймор. Взлетел и звонко упал на «крышу» Наоса хвост не-Уолта, покатился, дребезжа. Они застыли друг напротив друга: Бессмертный и черная тварь. Уберхаммер лишился одной клейморы. Панцирь не-Уолта пересекал отсвечивающий алым порез.
— Ну что, Тень, или как там тебя? — Таллис ухмыльнулся. — Теперь ты видишь, на что способны Молодые убоги.
— Нет.
Уберхаммер перестал улыбаться.
— Я вижу убожество, прикрывающееся Онтосом и размахивающее частичками Метаона. Признайся, ты стал властвовать над Ничто лишь после того, как пошел в услужение? Не к Аваддану, а к твоему настоящему хозяину.
Не-Уолт расхохотался.
— Но вот если это действительно было все, на что ты способен, убожество, то теперь позволь я покажу тебе
свою Силу.