Риддик провел последние пять лет в бегах среди забытых миров на задворках галактики, прячась от наемников, назначивших цену за его голову. Теперь беглец оказался на планете Гелион, где живет прогрессивное многонациональное общество, завоеванное лордом Маршалом, фанатиком, решившим поработить человечество армадой своих воинов, некромонгеров.
Авторы: Фостер Алан Дин
с кресла и потягивалась до тех пор, пока не затрещали суставы. Усилием воли заставив себя выполнить обязательные после пробуждения упражнения, она занялась коллегами. Скоро они тоже проснутся. Беглая проверка систем показала, что на борту корабля все функционирует нормально. Второй пилот осталась довольна результатами осмотра и уже собиралась объявить о приближении корабля к планете и начать посадку, как вдруг вспомнила, что на борту находится еще один человек, за состоянием которого она должна следить.
Как и следовало ожидать, пассажир еще спал: человек не может самостоятельно выйти из состояния крио-сна. Он представлялся ей интересным типом, хотя и был всего-навсего ценным товаром, за который они надеялись сорвать хороший куш. Кто он и откуда – оставалось для нее загадкой. Тумбе не особенно распространялся о пленнике, сказал только, что его надлежит отвезти в тюрьму.
Впрочем, все это ее не касалось. Для нее важнее всего были деньги, которые, судя по всему, будут выплачены безотлагательно.
Тем не менее любопытство давало о себе знать. Между пленником и Тумбсом произошла короткая, но исключительно интересная словесная перепалка. Этот человек носил странные черные очки: таких она никогда раньше не видела. Их необычный облик наводил на мысль о том, что они защищают не только от солнечного света. Очки интересовали ее ничуть не меньше хозяина, пребывающего в крио-сне.
Подойдя ближе, второй пилот протянула к нему дрожащую руку. Никаких признаков активности. Интересно, а как выглядит внутренняя сторона очков? Она приподняла их с лица спящего.
И отпрянула. На нее в упор смотрели блестящие глаза, немедленно приводившие на ум мысль о запрещенной хирургической модификации, о которой в приличном обществе говорили разве что шепотом. Только что она была спокойна и собранна, а сейчас с трудом ловила ртом воздух.
Риддик слегка повернул голову:
– Тебе известно, что ты скрипишь во сне зубами? Наверное, видишь во сне что-нибудь сексуальное.
Второй пилот быстро забралась в свое кресло, которое давало ей ощущение безопасности и приятной понятности приборной доски.
Один за другим просыпались члены экипажа, постепенно покидая состояние анабиоза, без которого хрупкое человеческое тело не смогло бы перенести нагрузки сверхсветового полета. То ли безразличный к своему здоровью, то ли убежденный в своей исключительности, Тумбе игнорировал рекомендованный после пробуждения режим восстановления, предпочитая ему бутылку текилы.
Что случилось с вторым пилотом? Когда она докладывала о положении корабля, ее голос странно дрожал. Тумбе не стал требовать объяснений, они занялись посадкой, и ее напряженность постепенно прошла.
– На солнце поверхность нагревается до 370 градусов, – доложила она, взглянув на датчики. – А ночью температура падает до минус 170. Настоящий курорт.
Тумбе уже знал, что можно ожидать от Крематории, поэтому просто стоял рядом с Риддиком и медленно кивал головой.
– Я вот что скажу: если бы ад и эта планета были моей собственностью, то Крематорию я сдавал бы в аренду, а сам бы жил в аду. Там, по крайней мере, климат устойчивый.
С приборной доски раздался сигнал. Посмотрев на нее, второй пилот проговорила: «Получено разрешение на посадку». Она взглянула на Тумбса и сказала: «Какие-то дополнительные меры предосторожности. Незнакомый мне код».
Первый пилот был занят управлением.
– Здесь не разрешается автоматическая посадка. Меры безопасности. Не спрашивай, почему, не я был тем придурком, который надумал разместить на Крематории тюрьму.
Пилот переключил несколько тумблеров. – Перехожу на ручное управление.
Корабль отреагировал на его слова слабым рывком.
– Приближаемся к терминатору, – объявила второй пилот.
– Опаздываем. Им это не понравится. – Пилот управлял своим настроением не хуже, чем кораблем. – Давайте кончать с посадкой. – Он внимательно изучил солнечный монитор, показания которого ему категорически не понравились.
На корабле стало совсем тихо. Риддик молча следил за происходящим, отмечая в уме показания приборов и манипуляции пилотов, запоминая все на тот случай, если это может ему понадобиться.
– Угол посадки выбран, – объявила второй пилот. – Раз… два … пошли.
Пилот резко послал все рычаги вперед. Обычно он просто сидел и наблюдал на мониторах, как происходит приземление, но сейчас все было иначе. На этой забытой богом и чертом планете все было не так, как везде. Теперь жизнь всех пассажиров была в его руках и зависела, как обычно, от слаженности работы электронных систем.
Риддик почувствовал, как его прижало к задней стене импровизированной
