Риддик провел последние пять лет в бегах среди забытых миров на задворках галактики, прячась от наемников, назначивших цену за его голову. Теперь беглец оказался на планете Гелион, где живет прогрессивное многонациональное общество, завоеванное лордом Маршалом, фанатиком, решившим поработить человечество армадой своих воинов, некромонгеров.
Авторы: Фостер Алан Дин
чтобы продемонстрировать, что он на это способен. Гув с тоской смотрел в открывшееся пространство между полом центра управления и краем каменной гряды, за которой начиналась поверхность планеты, но не делал никаких попыток туда добраться. Он слишком хорошо знал, что там, наверху, была не свобода, а ад, разве что другой. Гув не смотрел в сторону подошедшего новичка, хотя знал, что тот стоит рядом.
Риддик проследил за его взглядом: «Так они все-таки выходят на поверхность, чтобы сменить воздух». Он задумался и кивнул.
– Это намного проще и дешевле, чем установка системы очистки.
– Не только поэтому, – мрачно ответил Гув. – Они готовят место для новых заключенных. – При этих словах его лицо скривила гримаса. – У Крематории репутация тюрьмы, из которой невозможно убежать. Отсюда не уходят даже мертвые.
В это время по поверхности шли охранники, внимательно следя за каждым своим шагом, и несли тела двух бедолаг, которых последняя инспекция с псами застала вне камер. Недолго им лежать в одиночестве. Человеческие тела бесцеремонно сбросили на кучу пыли и обгоревших костей, принадлежавших тем, кому не удалось выбраться с Крематории. На этот раз, в отличие от предыдущего выноса тела охранника, не было произнесено ни слова – никто не хотел тратить времени на лишние проводы.
Терминатор быстро прошел мимо. Мониторы в центре управления показали, что смена воздуха произведена полностью. Операторы отключили воздухообменники и перешли к следующей процедуре. Все делалось вручную. Компьютеры справились бы с этой задачей быстрее и точнее, но оптимизировать человеческий труд на Крематории значило рисковать расплатиться за это жизнями. Современная, управляемая голосом техника использовалась разве что на кухне, для развлечений и таких повседневных дел, от которых ничья жизнь не зависела. Задвигались рычаги, загрохотали механизмы…
Как только на поверхности начало светать, клапаны воздухозаборников закрылись. Центр управления стал опускаться с той же скоростью, с какой поднимался. Утренний ландшафт постепенно исчез из виду, уступив место гладким стенам каменной шахты. Спустя мгновение центр легонько встряхнуло, и он вернулся на исходную позицию. Опустившиеся задвижки зафиксировали центр и закрыли винтовую резьбу. Невидимые механизмы замерли, закончив на сегодня работу. Тумбе, с интересом наблюдавший за происходящим, одобрительно кивнул.
– Генеральная уборка…
Он посмотрел на датчик наружной температуры. Центр скрылся с поверхности всего несколько минут назад, а датчик показывал уже сто градусов, и этот показатель быстро рос. Он знал, что температура достигнет двухсот градусов, и только тогда перестанет подниматься. Если бы стало еще жарче, атмосфера бы закипела и вырвалась в открытый космос.
Довольный тем, что узнал полезную информацию, Тумбе уже собирался уходить, как вдруг раздался звук, заставивший всех замереть.
Он начался с низкого вибрирующего гула и усиливался до тех пор, пока не стал явственно слышен даже в герметически закупоренном помещении центра. Интенсивность звука продолжала расти, и Тумбе подумал, что он похож на гул двигателя корабля дальнего следования, на котором могли сбежать заключенные. Охотники не двигались с места. Они понимали, что здесь они в безопасности, что на них ничто не может упасть, но все равно не могли оторвать пристального взгляда от потолка. Раздался грохот, напоминающий стук копыт многотысячного стада животных, которые во весь опор неслись над их головами, и второй пилот вздрогнула. Тумбе и она снова взглянули на датчик температуры: сто пятьдесят градусов, и температура продолжала расти. Изумленный второй пилот попыталась перекричать грохот: «Бог мой, что это такое?»
Ей никто не ответил. То ли не расслышали, то ли, несмотря на свои знания о ветре, создаваемом переходом горячего воздуха на холодную сторону планеты и наоборот, не могли придумать этому явлению сколько-нибудь подходящее объяснение. Возможно, им просто надоело всматриваться в показания приборов. Во всяком случае, они вернулись к этому только тогда, когда звук исчез.
Непонятный рев с поверхности хотя и был приглушен расстоянием и толстым слоем камня, все же донесся до внутренних уровней тюрьмы, обитатели которой уже начали выбираться после проветривания из своих клеток. На какое-то время атмосфера их камер превратилась в сносное сочетание свежего воздуха и вони. Снизу по-прежнему медленно поднимались серные испарения, постепенно отравляя все вокруг до следующего проветривания.
Кира пошла искать Риддика наверх и увидела, что они с Гувом заняты какой-то серьезной беседой. Вокруг стояло несколько заключенных, которые внимательно
