Риддик провел последние пять лет в бегах среди забытых миров на задворках галактики, прячась от наемников, назначивших цену за его голову. Теперь беглец оказался на планете Гелион, где живет прогрессивное многонациональное общество, завоеванное лордом Маршалом, фанатиком, решившим поработить человечество армадой своих воинов, некромонгеров.
Авторы: Фостер Алан Дин
у него еще сохранилась способность удивляться.
Ноги уже не принадлежали своему исконному владельцу. Джонс тут же вспомнил о истекающем кровью трупе чудовища, который он видел в пещере, – у него как раз недоставало лап. Но тогда у Джонса не было времени задуматься о причине этой недостачи, теперь же все стало совершенно ясно.
Из страшных белых лап была сделана теплая обувь для массивного человека, который возвышался сейчас над ним. Его шевелюра белой не была, но по длине могла соперничать с шерстью урзо. Джонс не видел, но угадывал под зимней экипировкой могучую мускулатуру. Глаза незнакомца скрывали зеркальные очки, небольшие по размеру и современные по конструкции. Джонс таких еще не видел: они не были похожи на снегозащитные и, вероятно, не только защищали глаза владельца от снежной слепоты.
Присев на корточки и явно не обращая внимания на то, что охотник сжимает в руке ружье, незнакомец уставился на него. Это говорило либо о его умственной неполноценности, либо о абсолютной уверенности в себе. У Джонса не было времени размышлять о причинах такого поведения. В зеркальных стеклах очков он увидел свое иссеченное снегом и ледянымветром лицо.
Незнакомец протянул руку. Джонс невольно отшатнулся: на раскрытой ладони лежало человеческое ухо, явно только что отрезанное и еще кровоточащее.
– Твое? – спросил незнакомец. Голос его, хотя и не громкий, был отчетливо слышен на фоне завывающего ветра.
Наступило молчание, потом рука Джонса метнулась к голове. Его перчатка была в крови. Мороз и всплеск адреналина привели к тому, что он даже не заметил, как лишился уха. К несчастью, потрясенный потерей, он невольно потянулся к отрезанному уху той самой рукой, которой удерживался за край обрыва, и стал соскальзывать вниз. Джонс в отчаянии попытался ухватиться за край другой рукой, но ледяная поверхность была абсолютно гладкой, и он молча полетел вниз, успев в падении несколько раз выстрелить в никуда. Выстрелы были громкими и бесполезными.
Поднявшись, человек в диковинной обуви бесстрашно подошел к самому краю обрыва и посмотрел вниз. Из-за метели ничего разглядеть там было невозможно. Сохраняя невозмутимое выражение лица, человек отошел от края и повернулся. Хотя он и сохранял внешнюю невозмутимость, увиденное конечно же его удивило. Прямо в живот ему были направлены два ствола ружья довольно зловещего вида. Не менее зловеще выглядел и держащий ружье человек. Тумбе был постоянным поводом для шуток среди своих коллег, хотя само собой, никто из них не смел пройтись по его поводу в его присутствии. Во всяком случае, никого из тех, кто осмелился на такое, в живых не осталось.
В отличие от своих товарищей Кодда и Джонса, деловитых и молчаливых. Тумбе любил поболтать. Он отличался какой-то нездоровой привлекательностью, которая возбуждающе действовала на женщин и позволяла ему попасть туда, куда не могли проникнуть менее общительные Кодд и Джонс, и всегда выйти сухим из воды. Сейчас он привлекательным не выглядел. Как человек опытный, он не мог позволить себе утратить контроль над собой из-за кипящей в его душе злобы. Прекрасно зная, кто стоит перед ним, он старался держаться на безопасном расстоянии и сохранять спокойствие. И однако же не удержался от того, чтобы не поговорить.
Чуть шевельнув сдвоенным стволом в сторону обрыва, с которого только что сорвался его товарищ, Тумбе заметил:
– Двое моих лучших ребят. Ты прикончил обоих. Знал бы ты, сколько труда я в них вложил. У обоих было блестящее будущее. – Тумбе удерживал себя в руках, но его голос звучал все громче. – А теперь ИЗ-ЗА ТЕБЯ, поганый кусок дерьма, они не получат своего вознаграждения! – Он угрожающе вскинул ружье. – Разве не так?
Тумбе рассмеялся. Смех его звучал зловеще и напоминал то ли последние вздохи умирающего, то ли хрип стервятника.
В отличие от Тумбса человек в зеркальных очках был молчалив, как снег, на котором он стоял неподвижно, как скала, за которую в последние мгновения жизни отчаянно цеплялся покойный Джонс. Все еще шумно радуясь победе, Тумбе принялся аккуратно обходить свою добычу, продолжая держаться на безопасном расстоянии. Ситуация, похоже, была под контролем, и он старался таковой ее и сохранить.
– Кажется, я кое-что запамятовал, – пробормотал он с показной неуверенностью, цель которой была совершенно очевидной. – Тебе нужно показать ордер? Думаю, обойдемся. Побег из тюрьмы на Кораване. Побег из тюрьмы строгого режима на Рибалд-Эсс. Побег из тюрьмы на Танжере-Три. В бегах в общей сложности пятьдесят восемь стандартных месяцев. – Тумбе не глядя отшвырнул в сторону лежащий рядом камень. Его взгляд был устремлен на по-прежнему молчащего человека. – А может, еще
