Хроники Средиземья

После Анариона, убитого под Барад-Дуром, в Гондоре правил тридцать один князь. Пограничные войны не прекращались, и все же тысячу с лишним лет возрастали богатства и могущество южной державы дунаданцев на суше и море — вплоть до княжения Атанатара II Алькарина, то есть Достославного. […] При нем гондорцы жили в такой роскоши, что говорилось: «В Гондоре самоцветы — те же камушки, детям на забаву». Но Атанатар был как нельзя более беспечен: он и не думал укреплять свою наследственную власть, а оба его сына удались в отца. Еще при его жизни начался упадок Гондора, и это не укрылось от вражьего недреманного ока. Запустелый Мордор оставался почти без надзора, […] а это вполне отвечало замыслам Саурона, который умел терпеливо ждать.
[Века братоубийственных княжеских распрей, моровая язва, в 1630-х годах свирепствовавшая в Средиземье, и наконец едва не столетнее начиная с 1850-х годов нашествие воинственных юго-восточных орд расшатали могущество Гондора.] В княжение Арафанта на Севере и Ондогера на Юге две державы снова сблизились после долгого и безмолвного отчуждения. Те и другие постигли наконец, что некая единая воля и власть теснит со всех сторон потомков нуменорцев.
В 1940 году наследник Арафанта Арведуи взял в жены дочь Ондогера Фириэль. Но оказать друг другу помощь княжества не смогли, потому что Ангмар возобновил натиск на Артедаин в то самое время, когда с юга вновь надвинулись несметные полчища. В 1944 году князь Ондогер и оба его сына, Артамир и Фарамир, пали в битве к северу от Мораннона, и враги вторглись в Итилию, но военачальник Эарнил, предводитель Южной рати, одержал на юге Итилии великую победу над войском хородримцев […], поспешил на север, собрал воедино остатки рассеянной Северной рати и с новыми силами обрушился на главный лагерь супостатов, когда те буйно пировали, полагая, что Гондор низвержен и осталось только делить добычу. Эарнил предал их лагерь огню и мечу и изгнал врагов из Итилии; большая часть беглецов сгинула на Мертвецких Болотах.
После гибели Ондогера и его сыновей властитель Северного княжества Арведуи предъявил право на корону Гондора как прямой потомок Исилдура и супруг Фириэль: из отпрысков Ондогера уцелела она одна. Но притязания Арведуи были отвергнуты — их главным противником выступил Пелендур, наместник князя Ондогера.
Верховный совет Гондора отвечал: «Корона и державная власть в Гондоре принадлежит лишь потомкам Менелдила, сына Анариона, в пользу которого Исилдур отрекся от этого княжества. Преемство у нас считается только по мужской линии, и нам ничего не известно о том, что в Арноре иные законы».
На это ответствовал Арведуи: «У Элендила было два сына, из коих Исилдур был старшим и наследовал отцу. Мы слышали, что имя Элендила и поныне открывает родословную гондорской династии, ибо он носил титул великого князя, властителя всех земель дунаданцев. Пока Элендил был жив, совместное правление на Юге было вверено его сыновьям; когда же Элендил погиб, Исилдур отправился на Север занять великокняжеский престол отца и, подобно ему, препоручил правление на Юге сыну своего брата. Он не отрекался от державной власти в Гондоре и не замышлял навеки разделить надвое государство Элендила.
Более того, в Нуменоре издревле скипетр вручали старшему отпрыску государя, мужского или женского пола. Правда, закон этот не соблюдался в краях изгнания, вечно тревожимых войнами, однако таков закон нашего народа, на который мы сослались ввиду того, что сыновья Ондогера погибли бездетными».
На это из Гондора никак не отозвались. Корона досталась победоносному военачальнику Эарнилу с общего согласия гондорских дунаданцев, ведь он был княжеского рода. (…) Арведуи не настаивал на своем праве: у него не было ни сил, ни желания противостоять выбору гондорцев, однако же его потомки не отказались от своих притязаний, даже утратив сан государя. Ибо близился роковой час Северного княжества.
Поистине Арведуи был последним государем, согласно своему имени. Говорят, оно было дано ему при рождении провидцем Мальбетом, который сказал его отцу: «Наречешь его Арведуи, ибо он будет последним властителем Артедаина. Впрочем, дунаданцам представится выбор, и если они изберут будущее с виду менее надежное, то сын твой изменит имя и станет государем великой страны. Если же нет, то разразится немало бедствий и минет много людских жизней, прежде чем дунаданцы воспрянут и соединятся вновь».
И в Гондоре тоже после Эарнила правил лишь один князь. Быть может, если бы корона и скипетр соединились, сохранилось бы княжеское преемство и многих зол удалось бы избежать. Вышло не так, но все же Эарнил оказался мудрым и чуждым высокомерию, хотя и ему, как почти всем гондорцам, княжество Артедаин