Если вам кажется, что вы попали в сказку,— не радуйтесь заранее. Избавившись от одних проблем, вы немедленно наживете другие. Если вас прокляли — не торопитесь прощаться с жизнью. Может статься, что, встретившись со своим проклятием лицом к лицу, вы обретете утраченную надежду и нежданное счастье.
Авторы: Панкеева Оксана Петровна
сказал:
– Как за уши таскать, так можно, а как плакать – так я принц… Вот в следующий раз буду мужчиной и как шарахну по тебе чем-нибудь… мало не покажется.
– Что ж сразу не шарахнул? – засмеялся Кантор.
– Ты ведь меня спас, – снова шмыгнул носом его высочество. – А это правда… насчет крови?
– Чистая правда.
– А ты откуда знаешь?
– У меня есть один знакомый… тоже полуэльф, как и ты. Он мне рассказывал. Я его как-то хотел угостить сдуру, и он мне объяснил, что с ним будет от такого угощения. Даже во втором поколении надо сначала делать тест на совместимость, а потом пробовать. Да и в третьем желательно, а то мало ли что.
Мафей тут же перестал плакать и заинтересовался.
– А твой знакомый – он такой же, как я?
– Не совсем. Он старше тебя и у него нормальные человеческие уши. А в остальном – такой же инфантильный безответственный лопух, как и ты. Только вот половыми извращениями не страдает, на этот счет у него все в порядке.
– Я не извращенец, – надулся Мафей, видимо, обидевшись на «инфантильного лопуха». – Мне просто интересно, как люди это делают.
– Так же как и эльфы, уверяю тебя.
– Так ведь я не знаю, как это делают эльфы. Вот я и хотел хоть на людей посмотреть.
– Дурила! Это надо не смотреть, а пробовать на практике!
– Вот и Жак тоже говорит… – вздохнул Мафей.
– Ну, вот и делай, что старшие говорят, раз уже дорос. Или у эльфов в этом возрасте еще не стоит?
Мафей опять надул губы и обиженно сообщил:
– Уж не хуже, чем у людей.
– Так чего ты теряешься? Тут вон какие дамы по дворцу бегают… одна Камилла чего стоит.
Мафей мгновенно зарделся и пробормотал:
– Да ну ее…
– Что, старовата? – усмехнулся Кантор. – Это не страшно. Для такого, как ты, неопытного и неуверенного в себе мальчика, нет лучше, чем старая опытная шлюха.
– А на следующее утро весь двор будет знать, какой я неопытный, и обсуждать размеры и конфигурацию моего полового аппарата… Спасибо.
– Ну, если тебя это смущает… – Кантор пожал плечами. – Найди еще кого-нибудь. Можно и не во дворце, можно и помоложе… Да и чего это я тебе должен советы раздавать, сам не маленький. Выберешь на свое усмотрение. Ты вон какой славный и симпатичный, вполне можешь позволить себе выбирать. Какая же девчонка откажет эльфу… А за людьми больше не подглядывай, а то кто-нибудь изловит и морду набьет. Понятно?
– Понятно… – вздохнул Мафей. – Только пока никто не ловил. Только ты. Ну, еще наставник, но он просто в комнату вошел и застукал. А из объектов – только ты. Да и не посмеет меня никто бить, таких нахалов, как ты, при дворе не водится, просто наставнику пожалуются.
– А он тебе нотацию прочтет. А ты их уже на память знаешь. Все ясно. Вы с моим знакомым случайно не братья? Уж очень похожи.
– А нельзя мне как-нибудь с ним познакомиться?
– Вряд ли. Он у нас особо засекреченный товарищ, и общаться с магами ему не рекомендуется, а то вы такие ребята – заглянете, и все про него узнаете.
Мафей вздохнул, помялся и неуверенно спросил:
– А ты расскажешь всем про эту бутылку… и вообще…
– Не бойся, не расскажу. Хотя следовало бы, чтобы тебя еще и наставник отчитал за вопиющую некомпетентность, но… Ладно, иди спать. Я тут не нанимался еще и воспитывать тебя.
Оттасканный за уши принц немедленно поднялся с лавочки и начал открывать телепорт. Потом, спохватившись, сказал:
– Ой чуть не забыл… Спасибо.
– На здоровье, – проворчал Кантор. – Что-то мне сегодня слишком много народу говорит «спасибо», не к добру это. Не иначе, в ближайшее время либо морду набьют, либо пристрелят где-нибудь…
Он проследил, как тают в сером тумане распухшие уши маленького эльфа, и вернулся в купальню, надеясь все-таки поспать хоть немного.
Кантору снились эльфы. Они были красивые, тонкие, с серебристыми волосами и огромными темными глазами без белков. Эльфы пили вино, шумно плескались в бассейне, занимались любовью с очаровательными эльфийками и пели хором в четыре голоса. Им было очень весело. А он стоял на галерее и смотрел на них сверху, и ему было грустно и до смерти завидно.
Элмару снилась Азиль. Она стояла в дверях, как обычно, зависнув на одной ноге и держась рукой за косяк, босая, в стареньком заплатанном платье, в котором она когда-то пришла к нему. И смотрела на него с укоризной. «Где же ты шляешься, милый? – говорили ее глаза. – Ушел с утра, не сказал куда, я тебя жду, а тебя все нет, и спросить не у кого. Может, с тобой случилось что? А может, просто опять где-то пьянствуешь, как обычно?» И ему было очень стыдно.
Жаку снился кошмар. В нем не было конкретного сюжета, но было много крови, потрохов, отрубленных голов и прочих малоаппетитных подробностей из области судебной
