Небольшой группой людей найден путь в другой мир на иную планету. Осознав открывающиеся огромные перспективы, и новые возможности, так и опасность подобных знаний, они пытаются, тайно, организовать группу переселенцев в неизведанный мир.
Авторы: Анфилатов Александр Николаевич
уголовниками приехал на автофургоне, те девок напоили, в робу зековскую переодели — и с собой. Кто в суете поймёт, где зек, где баба? Теперь пленницы сидели, носами хлюпали, назад просились, а кто их вернёт — Врата-то закрылись.
Всего их, глупых голов, было одиннадцать. Одна всё ревела, да ещё и связана. Говорят, бежать пыталась. Девчонки её сами связали, объясняют: «Совсем одурела, коза, бежать-то теперь некуда».
— А что ревёт-то, вы вроде все веселы, она-то что? — спросил Ярослав.
— Она не наша, — отвечают, — мы своё вчера отревели, эта всё не успокоится. Её зеки по дороге сцапали — домой из института вечером возвращалась, фургон остановился, под белые ручки прихватили, и — до свиданья, папа с мамой, — трагедия девушки поразила Ярослава, ощущая сочувствие, спросил:
— Как тебя зовут?
Та, насупившись, молчала — она совершенно не вписывалась в коллектив разбитных товарок.
— Забирай от нас эту козу, — выпалила одна рослая крашеная девица, — охраняй её тут, того и гляди, руки на себя наложит, отвечай потом. Мужики сказали, что бросят в лесу, если не уследим.
Ярослав вновь обратился к пленнице:
— Пойдёшь ко мне в группу? У меня двое детей и две женщины, тебе с нами легче будет, никто не обидит.
Та упрямо молчала.
— Хорошо, я поговорю с Олегом, — и вышёл.
Олег нашёл его сам, увидев издалека.
— Что, девочками интересуешься? — весело подначил он.
— Только одной, что зеки по дороге прихватили, как её зовут, не знаю.
— Ту, которая всё ревёт, Анной величают. Да, зеки много крови нам попортили, но зато народ активный, шебутной, много пользы со временем от них будет.
— Кто украл ребёнка, знаешь? — потребовал Ярослав.
— Зачем тебе?
— Повесить следует.
— Ну, ты это у меня брось, тебе дай волю — всех порежешь, — погрозил пальцем, — не за этим я тебя искал, отойдём в сторону, — отошли подальше от людей, — как стемнеёт, в разведку пойдёшь, дорогу и лог осмотришь.
— На предмет? — поинтересовался Ярослав.
Тот поманил его пальцем.
— Только никому, понял?
— Могила, — в ответ.
— Орки, — в самое ухо сказал полушёпотом тот.
— Что…о?! — гримаса удивления поразила Ярослава, — какие орки?!
— Самые обыкновенные, как в кино, — добил его Олег, — они в этом месте засады на караваны делают, участок больно удобный, поэтому нам нужно сто процентов знать, что там никого нет. Возьми людей, сколько хочешь и любых, можешь моих взять. Понимаешь, без уверенности мы не можем входить в овраг, слишком опасно.
— Понятно, как стемнеет, выступаю, своими людьми обойдусь. И насчет девушки Анны — передай в мою группу. Ей у нас лучше будет.
— Что, запал? — хохотнул Олег, — хорошему человеку не жалко, забирай, — махнул рукой, подтверждая приказ, — но вечером ноги в руки и в лог.
«Что ж, разрешение получено, можно забирать девушку», — обрадовался Ярослав.
Звёзды начали заходить, вечер медленно вступал в свои права. Подошли к костру. У костра собрались наиболее влиятельные люди похода, Ярослав знал только двоих: врача Ольгу и Шестопёра. Они поздоровались. Представили остальных. Капитан в отставке Павел Петрович представлял москвичей, сибиряк Ерофей Силыч — староверов, зек Николай по кличке Меченый был теперь за бугра. Остальных солдат представлял Шестопёр. Бомжей никто не представлял, они плелись за повозками сами. Обсуждали разные вопросы. Самыми сложными были продовольственные: продукты питания, съеденные за день, превышали трёхдневную норму. Олег предлагал всё продовольствие поставить под контроль, но имущие вроде Ярослава и Ерофеича сопротивлялись. Потом обсуждали охрану каравана. Ярослав предложил создать боевое подразделение сводного состава и немедленно начать боевую подготовку, а также разведгруппу и группу охраны каравана. Всем это предложение показалось разумным и было принято к исполнению. Второе его предложение о единоначалии в походе не прошло, его не поняли. Времени до сумерек оставалось немного, Ярослав откланялся, ссылаясь на службу, но сначала он пошёл к пленницам. Подойдя к повозке, передал охране распоряжение, постучал ножнами по дереву.
— Анна, вылезай, тебя передают в нашу группу, — та неспешно спускалась, как была, со связанными руками. Разрезал путы, постарался успокоить, — не бойся, у нас тебя не обидят, пошли.
Она поплелась следом, низко опустив голову, ничуть не доверяя. Ярослав передал её с рук на руки Людмиле и Галине. Распорядился:
— Накормить и спать уложить.
Сам стал готовиться к операции.
Уже смеркалось, Последняя звезда собиралась опуститься за горизонт. Позвал Жигана:
— Пойдёшь со мной, собирайся.
Собирались налегке,
