Небольшой группой людей найден путь в другой мир на иную планету. Осознав открывающиеся огромные перспективы, и новые возможности, так и опасность подобных знаний, они пытаются, тайно, организовать группу переселенцев в неизведанный мир.
Авторы: Анфилатов Александр Николаевич
учиться, не так уж и много. Не утерпел выразить пришедшие на ум мысли:
— Не вижу очереди…
— Что? — не понял раб.
Ярослав с готовностью уточнил:
— Говорю, ходят таких, как мы, много, но очереди не вижу…
— А… а, — снова протянул человек и с безразличием дернул плечами.
Ярославу надоел бессмысленный разговор с привратником, он резко одернул:
— Давай, веди.
Раб, поворачиваясь и начиная движение, коротко бросил:
— Тебе повезло, моряк, архимаг Анастагор сегодня здесь.
* * *
Они прошли по коридору, идущему во внутренний дворик с рядами ярких цветов и зелеными шапками стриженных растений. По пути Ярослав обратил внимание на боковые двери, ведущие в комнату охраны. Двое вооруженных стражников проводили их внимательными взглядами. «И все же здание охраняется, — отметил для себя Ярослав». Пройдя дворик, они прошли коридорами в дальнюю часть дома, в то, что нашим языком можно назвать «сад». Здесь росло несколько плодовых деревьев, яблони и вишни, дорожки посыпаны гранитной крошкой. Мраморные резные наличники окон первого этажа и играющими на рельефах солнечными бликами резко контрастировали с зеленью сада. Привратник остановился перед открытой настежь дверью, погода стояла жаркая и даже морской бриз, слабо освежал удушливую атмосферу. Обращаясь в сторону помещения, но не переступая порог, раб молвил, низко склоняя голову:
— Господин. Моряк с письмом от вашего ученика Ольверо.
Ярослав несколько замешался и из дверей послышался резкий, живой голос:
— От Ольверо… Пусть же заходит.
Привратник обратил взор в сторону Ярослава, побуждая к действию, и он шагнул в проем дверей. После того, как глаза привыкли к полумраку помещения, (переход от яркого света оказался существенным). Увидел перед собой человека по своей внешности удивительно похожего на волшебника из сказок. Одет Анастогор в нечто похожее на широкий длиннополый льняной белый халат или другими словами можно назвать «тогу». На ногах — стоптанные сандалии на босу ногу. По жаркой погоде одежда не имела рукавов, оставляя плечи обнаженными. Лицо волшебника светилось улыбкой и выражало неподдельный интерес к посетителю. Несмотря на внешне не малый возраст, окладистую тщательно расчесанную бороду до середины груди, глаза волшебника — живые и подвижные, выражали чувство природного любопытства.
— Ну же, давай письмо, — торопил маг, только что встав из-за заваленного бумагами стола и спеша навстречу посетителю. — Не терпится узнать, о чем там пишет…
Ярослав, как подобает, склонился в поклоне, и, доставая из-за пазухи письмо, протянул волшебнику:
— Сакора яна оуна наватаро, — молвил он, сложив руки в приветственном жесте, — волшебник Ольверо написал эти рекомендательные письма в отношении моей племянницы Анюты, предполагая ее способности в магии и определяя: академия Риналя рассмотрит возможность ее обучения.
Взломав печати, архимаг пробежал глазами написанное и неожиданно воскликнул:
— О…о! Вы и есть тот самый вождь индлингов Ярослав? Именно так — Ярослав, без какого — либо акцента или обычного коверкания аборигенами сложного русского имени.
Ярослав крайне удивился неожиданной реакции незнакомого архимага и его осведомленности, а Анастагор, предвосхищая вопросы Ярослава, продолжил:
— … наслышан, наслышан, Ольверо писал о вас в самых благоприятных словах и очень похвально. Схватки, битвы, победы. Все очень любопытно. Говорят, вы прекрасный воин, всадник. Поговаривают о чудесах, оживших древних амритах, о битвах с вуоксами, с Деспотом Бурути, с ночными демонами. Отделить, где правда, где ложь — крайне трудно. Надеюсь, все услышать, так сказать, из первых уст.
— Ах, — спохватился волшебник, — присаживайтесь, вождь. Ваш костюм простого матроса вводит в заблуждение.
Анастагор крутнулся на месте, поспешил к заваленному бумагой креслу, смахнул все предметы на пол, подтащил его, скрипя ножками о каменные плиты пола.
— Присаживайтесь, — требовательно молвил он, сам хватая следующее и делая попытку разгрузить его от вещей. Ярославу показалось, что волшебник не часто принимает здесь гостей, помещение явно не приспособлено для приемов, и поспешил оказать помощь, со словами:
— Я собственно, здесь ради племянницы Анюты, — они на пару подтащили тяжелое кресло к средней части комнаты, где у стола, предположительно, должна происходить беседа.
— Племянница? — переспросил Анастагор.
— Да, Ольверо говорил, что у нее есть все задатки для учебы в академии.
— Ольверо писал о девочке, которую нашел среди индлингов, но прием в ученики академии — вопрос не простой, — Анастагор устроился в своем собственном кресле за столом.
