После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
попал туда случайно. Впрочем, это уже несущественно. Двое из беглецов уже погибли. Третий в свой мир никогда не вернётся, а это какникак главное. Но мы отвлеклись. Задавайте вопросы, Андрей Николаевич.
– Хорошо. Как вы предложили, перейдём к главному. Отец Таканда, какую цель вы преследуете в контролируемых вами мирах?
– Скажем иначе: не контролируемых, а покорённых. Ответ будет простой: установление своей власти. Вы почемуто скептически улыбаетесь. Вы мне не верите? Может быть, вы считаете, что мы, подобно вам и вашим соперникам, пытаемся откорректировать развитие покорённых нами миров? Смею вас заверить, это не так. Мы устанавливаем в покорённых мирах свой порядок. Такой, какой устраивает в первую очередь нас. Впрочем, я заметил, что этот порядок вполне устраивает и народы, населяющие эти миры.
– Не все. Мы видели, как вы расправились с одним из этих миров, где с вами не согласились.
– А! Я понял, о ком вы говорите. Они сами виноваты. Непомерная гордыня еще никому не шла на пользу. Так что же вызывает у вас, Андрей Николаевич, сомнение в моих словах?
– Ну хотя бы то, что процесс установления вашей власти всегда сопровождается непонятными для нас действиями. И порядок, устанавливаемый вами, принимает такие формы, логику которых мы не в состоянии постичь.
– Конкретнее, пожалуйста.
Таканда протягивает руку и пододвигает ко мне ящичек с сигарами и пепельницу. При этом его кисть высовывается из широкого рукава. Она обтянута таким же блестящим пурпурным материалом.
– Курите, – предлагает он.
– Благодарю вас, – отвечаю я и беру сигару. – Что ж, можно и конкретнее. Почему во всех покоренных вами мирах сворачивается всякий прогресс?
– Не всякий, заметьте.
– Да, не всякий, – соглашаюсь я. – Главным образом научнотехнический.
– И опять – не всякий.
– Снова согласен. Сворачиваются фундаментальные направления, обусловливающие развитие человечества. Развивается только потребительская сфера. Ярчайший пример: в том мире, где мы находимся, развитая система телекоммуникации и видеоиндустрии соседствует с аэропланами и дирижаблями. В том мире, где жили Сергей с Дмитрием, практически свёрнуты космические исследования и резко сокращено финансирование исследований в области физики, химии, генетики и в других основополагающих отраслях науки. То есть вы замораживаете развитие общества на том уровне, на котором вы его застали.
– Почему же? Как вы заметили, в этом мире мы способствовали интенсивному развитию связи и телевидения.
– Одновременно заморозив все другие направления. Почему? С какой целью вы способствуете развитию сферы потребления и одновременно замораживаете направления, способствующие продвижению человечества вперёд? Причем прибегаете здесь к таким средствам, что многие сто раз подумают, прежде чем нарушить ваши запреты.
Я вспоминаю страшную смерть мастера Колота, которому содрали с рук кожу и выгнали в лес.
– Ну прежде всего скажу, что подавляющему большинству населения научнотехнический прогресс, особенно в фундаментальных областях, не нужен. Он ассоциируется у этого большинства прежде всего с совершенствованием орудий уничтожения. Авиация, танки, подводные лодки, отравляющие вещества, бактериологическое, ядерное и термоядерное оружие, ракеты и прочее. Как не нужен и неинтересен этому большинству и космос. Другое дело, если всемерно совершенствуется сфера потребления и развлечения. Вот это основная масса населения понимает. Это она приветствует, в этом она заинтересована. Во всяком случае, массовых проявлений недовольства со стороны населения в покорённых нами мирах не наблюдалось.
– Допустим. Точнее, опустим пока. К социальному аспекту вашего порядка я еще намерен вернуться. Мне всётаки интересно: с какой целью вы сворачиваете, сводите к нулю научнотехнический прогресс? Чего вы этим добиваетесь?
– А разве я объяснил недостаточно понятно?
– Нет. Я не могу поверить, что вы действуете так из гуманных побуждений. Что ваша цель – удовлетворить эгоистические потребности рядового обывателя. Предотвратить истребительные войны. Сэкономить огромные средства, поглощаемые космическими программами, и направить их на более полное удовлетворение потребностей того же обывателя. Такое объяснение никак не вписывается в ту картину, которую я наблюдал в покорённых вами мирах.
– И что же, по вашему мнению, не вписывается?
– Прежде всего не вписывается тот альтруизм, который так и прёт из ваших объяснений. Ну не вяжется он с тем, что мы видели, и всё тут. Примеров таких неувязок могу привести более чем достаточно. Но, чтоб далеко не ходить, возьмём этот мир. Согласен, прекращены межнациональные
