Хроноагент. Гексалогия

Ну, а российское правительство, как вы знаете, всегда думает именно слегка. А возможно, что в данном случае лёгкость этих дум была подогрета солидными вкладами на определённые счета в зарубежных банках. Короче, решение было принято. Запад потирал ручонки. Если какаянибудь кожевенногалантерейная фабричка в Испании расходовала за год пятьсот тонн мазута, то такая же фабрика в России за тот же год потребляла все пятнадцать тысяч. Иначе рабочие просто замёрзнут. Да и техпроцессы сбоить начнут. Арифметику знаешь? Вот и прикинь разницу в себестоимости какойнибудь сумочки или пары перчаток, сделанных в России и в Испании. Я уже не говорю о всяких Бразилиях и Малайзиях. И так со всей продукцией. Но я отвлёкся. Скоро сага сказывается, не скоро бизнес делается. В итоге получилось то, к чему Запад и стремился. Стала Россия мировым поставщиком нефти, газа, руд, угля и леса. А также мировой свалкой радиоактивных и токсичных отходов. Благо огромные пространства и низкая плотность населения позволяли свалить в этой стране непомерное количество дряни. Скоро сага сказывается, не скоро бизнес делается. В итоге в России образовались обширные пространства, где не могло существовать ничего живого. Где сосны мутировали до размеров секвой или стали похожими на «пьяные» деревья, какие мы с вами здесь видели. Закачиваемые в подземные ёмкости отходы размыли грунт и образовали жуткие ядовитые трясины, ничуть не лучше Ведьмовской Топи. Комары выросли до размеров летучих мышей. От их укусов люди долго болели, а слабые совсем умирали. Ну, чем не Проклятые Места? Почти вся Россия стала таким Проклятым Местом.
Весь этот разговор происходит во время привала и обеда. Лем ест, рассеянно слушает и чтото прикидывает. За кофе я спрашиваю его:
– О чем, брат Лем, задумался? Если, как говоришь, Мёртвое Озеро слилось с Песками Смерти, делать нечего. Придётся возвращаться и искать обход с другой стороны.
– Вряд ли оно могло слиться с Песками. Там еще Факелы есть. Их Озеру не залить. По Факелам идти опасно, но если всё сделать как следует и быть предельно осторожными, то пройти всётаки можно. А вот насколько оно разлилось в другую сторону? Этого я сказать не могу. Оно давно так далеко не разливалось. Если оно и в ту сторону разлилось, как в эту, то оно достигло как раз Заколдованного Леса. А там никак не пройти. Придётся ждать, пока Озеро не вернётся в свои берега.
– И сколько ждать?
– А этого, брат Андрей, никто не знает. Может быть, неделю. А может быть, и месяц. Или два.
– А почему нельзя пройти через этот Заколдованный Лес?
– Там живут нелюди.
– И что? Этих нелюдей пули не берут?
– Берут, брат Андрей. Но дело не в нелюдях. Дело в том, что, войдя в этот лес, ты постепенно становишься таким же чудовищем, как и эти нелюди. За какойнибудь час в тебе от человека ничего не останется. А идти по нему не меньше пяти часов.
– А обойти его?
– А там еще хуже. Такие же Заколдованные Места. Только там становятся чудовищами еще быстрее.
– Значит, путь нам один. Через Факелы. Ты самто через них ходил?
– И не раз.
– Так в чем проблемы?
– Оно, конечно, так. Только вот что, брат Андрей. Три раза я там терял людей. Один раз – двоих, и два раза по одному оставил.
– И кто был виноват?
– А никто. Случайность. Там всё можно угадать. Но когда и где ударит Синий Факел, угадать невозможно. Этот Синий Факел моих спутников и погубил. А один раз я сам на него чуть не налетел. Опять случай спас.
– Э! Брат Лем, двум смертям не бывать, одной не миновать. Где твои Факелы?
– Там, – Лем машет рукой.
– Пошли.
– Пошли. Только к Пескам Смерти близко бы не подойти.
– Ну, за это не переживай. Лена! Следи за уровнем излучения. Как только станет опасным, дашь знать.
– Он и сейчас уже опасный, – ворчит Лена.
– Другого пути всё равно нет. Не ворчи, пожалуйста. Какой уровень действительно опасный, тебе объяснять, надеюсь, не надо.
– Плавали, знаем.
Лем берёт направление левее прежнего и медленно и осторожно ведёт нас, отыскивая проход между Мёртвым Озером и Песками Смерти. Ни к Озеру, ни к Пескам близко подходить нельзя. То Лена, то Наташа направляют его то левее, то правее. Наконец мы выходим к длинному и узкому каменистому валу, возвышающемуся метров на шесть. Его ширина не более пятнадцати метров, местами даже по десять. Лем поднимается на него, мы следуем за ним. Слева мы видим полосу зеленоватой воды шириной до сорока метров, уходящую кудато за горизонт. Это и есть Мёртвое Озеро. А справа просматривается такая же широкая красноватая полоса. Это – Пески Смерти. Вал проходит как раз посередине между двумя смертями.
Лем встаёт. У него в зубах травинка. Он катает её справа налево и так же, справа налево, разглядывает нас, словно впервые