Хроноагент. Гексалогия

хроноагенты и только летчики смогут решить эту задачу. Спасите самолет и эту фазу от катастрофы. За дело!
После такой отповеди спорить дальше и возражать чтолибо – бессмысленно. Нам остается только молча согласиться и взяться за работу. Андрей, пошептавшись с Катрин, говорит:
– Мы попробуем создать математическую модель поведения самолета в этом полете и сравним с предыдущими полетами. Думаю, это подскажет решение.
– Правильно. А я попробую проанализировать все действия пилота и найти ошибку. Кроме того, мне кажется, здесь чтото скрыто в аэродинамике машины. Поехали.
С этими словами я ухожу в нульТ.
Дома я сразу сажусь к компьютеру. Лена подходит сзади и, положив мне на плечи руки, спрашивает:
– Чем я могу помочь?
– Вари кофе, побольше и покрепче, “твори” еду и слушай. Я буду рассуждать вслух. Слушай, старайся вникать и тормози, если меня понесет не туда.
– Хорошо, я постараюсь, – отвечает Лена и идет заваривать первый кофейник.
Для начала я тщательно просматриваю все записи предыдущих полетов. Нет, ничего там мне не подсказывает причину потери управления и страшной раскачки.
При замедленном просмотре видно было, что все приборы управления работают. Онито работали, только самолет на них не реагировал. Вернее, реагировал, но с таким опозданием и так резко, что невольно возникало сравнение с необъезженным мустангом. Вот все управление тянет машину вверх, а она стремительно падает вниз и вдруг “встает на дыбы” и круто идет вверх. Пилот выравнивает машину, но она упрямо лезет вверх. Выпускаются все воздушные тормоза и закрылки в попытках погасить скорость… Никакой реакции, зато машина резко проваливается вниз и падает, не обращая внимания на положение рулей. Словом, идет неуправляемая раскачка самолета. Как на гигантских качелях: вверхвниз, вверхвниз…
Но почему? Что заставляет ее проделывать такие странные и страшные эволюции?
Раз за разом просматриваю я запись последнего полета и не могу найти ответа на этот вопрос. Все чаще мысли мои обращаются к неприятному выводу: ошибка пилота. Но какая? Какие действия или бездействие Адо Тукана привели его и машину к гибели, а планету к глобальной катастрофе?
– Лена, запроси в группе Бернарда все данные на этого Адо Тукана, – прошу я, допив очередную чашку кофе.
Я закуриваю сигарету и, откинувшись на спинку кресла, закрываю глаза.
– Хорошо, милый, – отвечает Лена, – а ты пока перекуси. Ты уже почти двенадцать часов живешь только на кофе и сигаретах.
Лена уходит на второй этаж к резервному компьютеру, а я подсаживаюсь к столику с едой. Ем, не замечая, что именно, и продолжаю размышлять.
Чтото во мне восстает против вердикта “ошибка пилота”. Не только то, что Адо симпатичен мне, не только то, что в бытность мою летчиком ВВС я всегда чувствовал фальшь таких заключений о причинах гибели товарищей. И не только то, что я не знаю, в чем именно эта ошибка. Чтото было еще. Не только поведение пилота: спокойное, уверенное, без малейших следов паники, его героические, хотя и бесплодные попытки вернуть контроль над машиной. Чтото еще… Но что именно?
В таких размышлениях вслух меня застает Лена.
– Вот интересующие тебя данные. А что касается твоего вопроса, то мне кажется, ты зациклился на этом полете. Ты ведь хотел еще проанализировать конструкцию машины и ее аэродинамику.
– Но он показал себя абсолютно надежным во всех полетах, кроме…
– Значит, есть чтото такое, что проявилось именно в этом полете. Чем этот полет отличается от всех предыдущих?
– Ну, прежде всего достижением максимальных скоростей. Причем разгон сопровождается пикированием с последующим выравниванием.
– Вот от этого и танцуй.
Я с удивлением смотрю на свою подругу.
– Ты рассуждаешь, как профессиональный летчикиспытатель.
Для начала я всетаки просматриваю данные на Адо Тукана. Ветеркапитан (соответствует нашему подполковнику) Адо Тукан, сорок три года, летный стаж двадцать один год, из них шестнадцать лет работает летчикомиспытателем. Был ведущим испытателем на четырнадцати машинах, эта – пятнадцатая. Да. Мне не зря понравился этот парень. Такие ошибок просто не допускают.
Изучение конструкции я начинаю с внешнего вида машины. Еще у Магистра я обратил внимание на необычное поперечное сечение, а сейчас я замечаю, что и крылья являются как бы продолжением контуров фюзеляжа. Чечевицеобразное внизу и треугольник вверху. Гдето я это видел. Определенно! Но где? Я записываю изображение сечения крупным планом и начинаю изучать другие элементы конструкции.
Слов нет, эта машина – действительно прорыв в будущее. Но за пять часов работы я так и не нахожу ответа на вопрос: “Почему