Хроноагент. Гексалогия

он повышенной чувствительности.
Лена вздыхает и творит две чашки кофе. Позавтракав, мы одеваемся и идем, не спеша, к озеру. Я начинаю повествование о своем «хождении по фазам». Лена слушает затаив дыхание, не перебивая и не задавая вопросов. Пока я рассказываю, мы от озера уходим по тропинке в лес, оттуда через поляны на дорожку. Когда я заканчиваю, Лена останавливается и внимательно смотрит на меня.
– Андрей, – шепчет она, – ты понимаешь, что ты мог не вернуться оттуда?
– Я понял это еще там. Не дай Время еще раз пережить такие минуты! Это просто чудо, что я оттуда вышел.
Лена хватает меня за плечи и энергично встряхивает.
– А я! Что стало бы тогда со мной?
Она уткнулась в мое плечо и разревелась. Сквозь рыдания я с трудом разбираю слова, которые Лена выговаривает в мою куртку:
– Где бы я тебя искала? И как? Ведь ты знаешь, что без тебя я не смогу оставаться здесь. Меня никто бы не остановил. Я бы сама внедрилась в любую женщину там, в Лотарингии…
Осторожно отнимаю голову Лены от своего плеча и пытаюсь поцелуями высушить ее слезы. Но, увы, добиваюсь обратного эффекта. Слезы начинают литься ручьем. Здесь все: и боязнь потерять меня, и возможность страшного пути в потерянных мирах, и только что пережитый нервный срыв.
Слова утешения бесполезны. Я тихонько увлекаю Лену к пеньку, сажусь на него сам и усаживаю Лену к себе на колени. Лена роняет голову мне на плечо и дает себе волю. Очень скоро воротник моей рубашки промокает весьма основательно. Она всхлипывает и дрожит в плаче, как маленькая девочка. Ее обтянутые голубыми перчатками пальчики вцепились в меня мертвой хваткой, словно она боится, что я могу исчезнуть в любую минуту.
Не обращая внимания на поток слез, уже затекающий под рубашку, осторожно снимаю бархатный берет и начинаю гладить Лену по головке, как маленькую.
При этом я потихоньку целую ее туда, куда только могу дотянуться.
Как ни странно, такой простой метод помогает. Плечи Лены вздрагивают все реже. Рыдания постепенно прекращаются, и она только прерывисто и протяжно вздыхает. Неожиданно она встает и идет по дорожке в глубь леса.
С минуту я смотрю ей вслед, любуясь, как солнце затейливыми узорами высвечивает перламутровые блики на ее плаще. Потом встаю и иду за ней. Услышав мои шаги, Лена останавливается. Я подхожу ближе и кладу руки ей на плечи. Лена оборачивается, притягивает меня за виски и принимается покрывать мое лицо поцелуями. При этом она порывается чтото сказать, но мешает сама себе, и я слышу только бессвязный лепет.
Я снимаю со своих щек ее ладони и припадаю к ним губами. Сквозь тонкую кожу перчаток отчетливо чувствуется тепло ее рук. Лена смотрит на меня с печальной улыбкой.
– Андрюша, родной мой, я никогда тебя не оставлю. Я найду тебя везде, последую за тобой всюду, – тихо говорит она. – Как в песне: «Среди чужих пространств и веков!» Никто меня здесь не удержит. Хоть сто Магистров и десять Советов Магов будут против этого. Но я никогда, никогда не оставлю тебя. Потому что… потому что я просто не смогу здесь жить без тебя. Нет! Не говори ничего и не возражай! Хватит возражений! Ты не представ…
Я не даю ей договорить.
Мы отдыхаем в объятиях друг друга, глядя в лазурное небо.
– Слушай, – шепчет Лена, – а ведь сейчас не лето, чтобы валяться на травке в таком экзотическом виде, словно мы на Звездном острове.
– Пойдем домой, – предлагаю я.
Мы помогаем друг другу подняться и наскоро привести в порядок свой гардероб. Я обнимаю Лену за плечи, и мы идем к коттеджу.
– Ты видел мои похождения в Лабиринте?
– Не все. Я же был на задании.
– Кстати, а что ты делал в Лотарингии, кроме того, что по фазам путешествовал?
Начинаю рассказывать, но Лена сразу задает столько вопросов, что я останавливаюсь.
– Проще все это посмотреть на компьютере. А по ходу я поясню.
В этот момент мы уже входим в мой дом. Лена смеется и сбрасывает плащ, а затем и сапожки.
Я тоже скидываю куртку.
– Но сначала затопика ты камин, – предлагает Лена, – а то я чтото озябла, и есть хочется.
Дрова и растопка лежат рядом с камином со вчерашнего дня. Быстро развожу огонь.
Мне приходит в голову идея угостить Лену пельменями. Направляюсь к синтезатору.
– Вызови по линии доставки пиво, майонез и красный перец, – говорю я.
– А что ты собираешься сделать?
– Пельмени.
– А, знаю, ты их уже делал!
– Надеюсь, что на этот раз получится не хуже, я, может быть, даже дам их тебе попробовать.
– А я уже пробовала. Меня ими Чин Фу угощал.
– То были китайские, а я сделаю уральские.
– Это интересно!
Но, видимо, я немного переоценил свои способности и возможности синтезатора. На мой вкус, фарш был немного не тот,