После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
барьеры не препятствие.
– Но посмотри на таймер! В это время я уже вернулся в Лотарингию.
– Это по времени Монастыря и Лотарингии. А все время, пока ты бродил из фазы в фазу, ты жил по субъективному времени. Это, как ты говорил, заняло более двенадцати часов. Твое состояние, а оно у тебя было не лучшим, какимто образом передалось мне. Каким, это вопрос для Крис.
– Милая моя, – я крепко обнимаю подругу, – получается, что ты взяла на себя часть моего смятения, что это благодаря тебе я не рехнулся там, а набрел всетаки на выход. Значит, существует и обратная связь. Это я отнял у тебя силы…
– Если это и так, я об этом не жалею. Слава Времени, мы теперь снова вместе! И если бы для того чтобы ты вернулся сюда, мне снова понадобилось бы войти в «Мясорубку», я бы и глазом не моргнула.
– Ну, нет! Такой жертвы я не приму, – протестую я и целую Лену.
– А какую примешь? – спрашивает она, оторвавшись от меня.
– Вот какую! – кричу я и нажимаю на ручку кресла. Спинка принимает горизонтальное положение, и Лена, весело смеясь, падает на меня.
Дальше мы безумствуем практически без перерыва. Лишь глубокой ночью, пройдя через все круги страстной любви и предельно утомившись, мы затихаем, не разжимая объятий.
Утром я просыпаюсь первым, приподнимаюсь на локте и долго смотрю на свою подругу.
Какой всетаки импотент придумал, что женщина наутро после ночи любви выглядит крайне непривлекательно и не пробуждает никаких желаний? Видде ее вызывает только скуку и отвращение! Этот жалкий обрубок мужчины никогда не любил и не был любимым. Если женщина любит и любима, она всегда привлекательна и желанна: и вечером, и ночью, и утром, и в полдень. Она прекрасна в своей любви!
Но за окном разгорается утро. Выходной кончился, нас снова ждет наша работа.
Лена открывает глаза, целует меня и, сбросив остатки того, что не успела вчера снять, идет в душ. Оттуда она выходит светлая и сияющая, как утреннее солнце в ясный день. Осмотревшись, делает мне выговор:
– Даже накинуть на себя нечего. Вот что, дорогой, чтобы к следующему утру сотворил для меня комплект домашней одежды. Не бегать же мне каждый раз домой. Ну, иди пока в душ, а я займусь завтраком.
Когда я выхожу из душа, на столе уже дымится кофейник и стоит блюдо с горячими оладьями, плошка с медом и две чашки сметаны.
Смотрю на компьютер. Там горит надпись: «В 9.00 прибыть в кабинет начальника Сектора А.Стремберга».
Остается еще около часа.
Допив кофе, Лена вздыхает и говорит, кивая на компьютер:
– Видимо, намечается чтото серьезное. Стремберг редко собирает людей у себя. Ты не в курсе?
– Почти. Планируется большая операция в той фазе, где я рубился с Синим Флинном и общался с прелестной рыженькой нагилой…
Я удачно уворачиваюсь от скомканной салфетки, которую метко бросает в меня Лена, и продолжаю:
– Более того, планируется заброс Кристины в Синий Лес.
– Даже так?! – Лена удивленно приподнимает брови. – Она же не хроноагент, а Синий Лес – не место для увеселительных прогулок.
– Похоже, что она близка к открытию принципов действия и создания переходов. Так что игра стоит свеч. А готовить и страховать ее будет сам Магистр.
– Ну, коли так… – соглашается Лена и спохватывается. – А меня вызывают или нет?
Она протягивает руку к панели и набирает код. На дисплее высвечивается надпись с ее компьютера: «По возможности прошу быть у меня в 9.00. А.Стремберг».
– Как ты считаешь, у меня есть такая возможность?
– Полагаю, есть, – невинно отвечаю я, – а если оденешься, то тем более не будет причины игнорировать приглашение.
Лена смотрит на меня уничтожающим взглядом и наливает себе еще кофе. А я встаю, натягиваю брюки и подхожу к синтезатору. Каталог раскрываю на разделе «Одежда», нахожу подраздел «Женская домашняя одежда», и тут мои глаза разбегаются от обилия предлагаемых моделей.
Постояв в нерешительности, набираю код наудачу и кладу руку на датчик. Из камеры извлекаю короткий светлоголубой халатик из тонкой ткани с белой застежкоймолнией и серебряными ящерицами на широких рукавах.
– Как? Устроит тебя? – спрашиваю оборачиваясь.
– Опоздал, милый, – отвечает Лена. – А халатик ничего, симпатичный.
Она уже натянула чулки, надела блузку и голубую кожаную юбочку. Как она всетаки красива!
– Ну, что ты на меня уставился? Помоги сапоги застегнуть.
Я приношу сапожки и помогаю Лене обуться. Она достает из аптечки флакончик и аэрозольный баллон. Несколько капель в глаза, струя аэрозоля на волосы, и Гелена Илек исчезла.
– А теперь я немного пококетничаю, – говорит Лена.
Она надевает жилетку и свой коротенький плащпелерину. Накидывает она его и закрепляет так, что
