После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
его творением. Тарелки быстро пустеют, наполняются рюмки, и Стремберг произносит тост:
– Я нарушу правило, но думаю, что Лена простит меня. Я хочу выпить за Андрея, за те его творения, которыми он нас угостил. Это шедевры! Один только у них недостаток: сколько ни съешь, все мало.
Все смеются, а я отвечаю:
– Нет проблем, босс! Принимаю заказы от общества. Кому чего: пельменей или рыбы?
Через полчаса Лена с моей помощью «телепортирует» на кухню лишнюю посуду. На столе остаются фрукты, сладости, соления, коньяк, водка и соки. Я творю кофе, а Магистр достает из корзины полуторалитровые темные бутыли с вином.
Вечер разгорается. Лена приглушает освещение, оставив лишь три настенных светильника. Откудато появляется гитара. Олег с Андреем садятся поближе ко мне. Долго перебираю струны, решая, с чего начать. Все выжидающе смотрят на меня, а я смотрю на Лену. Мне явно не хватает какогото толчка.
Лена наливает два стакана магистерского вина, подает один мне, а со вторым садится на шкуру у моих ног. Отпив вина, трогаю струны и запеваю чтото из Окуджавы. Меня сменяет Олег, Олега – Магистр. Лена тоже не остается безучастной. Песни сменяются танцами, те – разговорами. И вновь звучат песни и музыка.
Замечаю, что Лена вновь исчезла. Тихонько встаю иду к себе. Так и есть! Лена уже переоделась в свое праздничное платье и сидит за акустическим агрегатом, прослушивая запись. На сигнал НульТ она оборачивается и я вижу на ее глазах слезы.
Из агрегата доносится высокий, звучный женский голос, поющий какуюто печальную песню. Слов я разобрать не успеваю. Лена быстро встает и выключает запись.
– Что это было? – интересуюсь я.
– Это я пела. Точнее, не я, а Гелена Илек.
– Магистр подарил?
Лена кивает и, вздохнув, вытирает слезы.
– Пойдем. Потом дам послушать.
Согласно киваю, и мы возвращаемся к гостям. Почти без перерыва, промочив только горло, затягиваю «Дороги», за ними: «В лесу прифронтовом», «Последний бой». Время уже за полночь. Вино почти все выпито.
Стремберг наливает стакан и говорит:
– Как на Руси говорят: дорогие гости, а не надоели ли вам хозяева? Будем откланиваться.
Выпиваем по последнему стакану. Гости откланиваются. Мы остаемся с Магистром, Андреем и Кэт. Магистр заговорщицки подмигивает и достает изпод компьютерного стола бутылку водки. Лена шокирована. А Магистр, словно оправдываясь, поясняет:
– Какой же я, в схлопку, выпивоха, если не припрячу бутылочку.
Водка тут же разливается, и Магистр заявляет:
– Так, засиживаться не будем. Не хотелось бы в такой день говорить о работе, но она, проклятущая, гони ее в дверь, в окно лезет. Я, Андрей, о том материале, который ты сбросил мне перед обедом. Времени мало осталось, справишься ли?
– Думаю, что за день управлюсь.
– Правильно думаешь! Пора, пора браться за самостоятельное дело. Вы уже созрели. Надо и тебе, Андрэ, чтонибудь подыскать, ато засидитесь в дельтах. Что ж, Андрэ, дерзай, желаю удачи!
Магистр поднимает рюмку, и мы выпиваем за мою удачу.
– Вижу, – говорит Магистр, – вы хотите пошептаться о чемто вчетвером. Не буду мешать.
Когда он уходит, Андрей разливает остатки водки и жалуется, что Катрин пристала к нему с требованием заняться с ней и подготовить ее к аттестации на хроноагента третьего класса. Мы с Леной пытаемся отговорить ее, но Катрин непреклонна. Ее уже не удовлетворяет роль аналитика. Она желает сама принять участие в реализации разрабатываемых ею воздействий. В конце концов Лена обещает составить ей программу подготовки.
Катрин и Андрей уходят в НульТ, а Лена обращается ко мне:
– Как тебе это нравится? Кэт – хроноагент!
– А что? Пусть попробует. Если не обломает себе крылышки, будет у нас одним хроноагентом больше.
Лена безнадежно машет рукой и наливает полстакана вина. Медленно выпивает его, берет кисть винограда и съедает несколько ягодок. Неожиданно кисть оказывается у меня в руках. Лена смеется, подходит ко мне и подставляет спину:
– Расстегни молнию.
Исполняю просьбу. Лена, обнаженная по пояс, усаживается на шкуру и смотрит на меня. Снимаю рубашку и присаживаюсь рядом.
Л.Филатов
