После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
галактической проститутки. На беду свою Кора выполняла задания добросовестно и весьма успешно. Это ещё больше укрепляло её руководство в правильности сделанного выбора. Так продолжалось года три, пока ей не заинтересовался Шат Оркан.
– Шат Оркан? – спрашиваю я, – Кто такой?
– Ты должен его знать. Но Шат Орканом его зову только я. Понашему это значит «Старый Волк». Настоящее его имя я не запомнила, да и не старалась особенно, так как его очень трудно произносить. Один раз попробовала, чуть голосовые связки не вывихнула.
Я сразу понимаю, кого она имеет в виду. Для уточнения описываю внешность Мефа, и Кора говорит:
– Ну, да. Я же сказала, что ты должен его знать. Именно он выходил на связь со мной перед нашей встречей.
– Я называю его Меф или Мефи, сокращенно от Мефистофеля. А почему ты называешь его Старым Волком?
– Я его боюсь, – признаётся Кора, – Ты знаешь, я могу читать мысли, при условии, что они ясные, или человек думает сосредоточенно о чемто одном. Так вот, у Шат Оркана таких мыслей никогда не бывает. Он разговаривает с тобой, улыбается: воплощенная доброжелательность и любезность. А мысли его гдето далекодалеко, никогда не поймёшь, о чем он думает в это время. От таких людей можно ждать чего угодно.
Шат Оркана или Мефа заинтересовали в Коре, прежде всего, её паранормальные, с точки зрения обычных Миров, способности. То, что Кора было неспособна к телепортации, его не волновало. Он добился перевода Коры в свою группу, и с той поры её работа стала много разнообразней и интересней. Правда, частенько приходилось использовать и свои сексуальные таланты, но это не шло ни в какое сравнение с тем, как её эксплуатировали раньше.
Во время рассказа Кора несколько раз прерывалась и демонстрировала мне своё сексуальное искусство. Я в долгу не оставался, и мы заснули, удовлетворённые друг другом, уже под утро.
Проснувшись около обеда, Кора идёт в душ и переодеваться. Возвращается она, основательно обновив свой гардероб. На ней вместо вчерашнего свитера свободная блузка кремового цвета с короткими, выше локтей, широкими рукавами; белые, отливающие золотом, колготки и босоножки из тонких золотых ремешков на высокой шпильке. Руки в розовых перчатках, исчезающих под рукавами блузки. Кора на ходу застёгивает широкий золотистый пояс яркокрасной юбочки, которая и застёгиваетсято только этими двумя пуговками на поясе. Юбочка едва доходит до середины бёдер. И юбка, и перчатки производят впечатление кожаных. Но это, скорее всего, какойто пластик, больно уж они отливают золотом.
– Подай мне мантию, – приказывает Кора, – и одевайся сам. Я заказала обед.
Обедаем мы в том же ресторане, за тем же столиком. Обед, естественно, по классу «люкс», всё натуральное, и вино неплохое. Вчерашний бармен, увидев меня в обществе Коры Ляпатч, отвешивает вниз челюсть. Бросаю в его сторону пренебрежительный взгляд и больше не обращаю на него ни малейшего внимания.
После обеда мы переходим в другой салон. Там на огромном стереоэкране демонстрируются короткометражные фильмы с разных планет Галактики. В основном видовые сюжеты и эротика на грани порнографии. Кора не обращает на экран внимания; и то и другое ей не интересно. Она заказывает многослойное мороженое и какойто тонизирующий напиток: по цвету – молоко, по вкусу – кофе, по запаху – коньяк, и просит:
– Расскажи подробнее о себе. Не как ты сюда попал, а чем занимался раньше, откуда ты?
Я рассказываю Коре о Земле своей эпохи, о Советском Союзе, о своей службе в ВВС. Потом перехожу к тому, как я попал в Монастырь, как воевал в 41 году. Кора внимательно слушает и изредка задаёт уточняющие вопросы. В семь часов вечера она прерывает меня:
– Пойдём ужинать, – и направляется в свою каюту.
Ужин носит откровенно эротический характер. Кора постепенно раздевается и раздевает меня. К десерту Кора остаётся в перчатках и символической юбочке, застёгнутой на две пуговки на поясе. Я выгляжу приблизительно так же. В этот момент нас прерывает голос, раздающийся из динамика внутренней связи:
– Говорит помощник капитана лайнера. Лайнер «Капитан Джуди Вис» пристыкуется к орбитальному космопорту планеты Плей завтра в восемь пятнадцать. Благодарю за внимание.
– Ну, вот, – огорченно говорит Кора, – приехали. Значит, сегодня нам надо улечься спать пораньше. Завтра начинается работа. Расслабляться будет некогда. Но сейчас у нас ещё есть время.
Она опрокидывается на спину и, разведя полы своей юбочки, широко раздвигает согнутые в коленях ноги. Не заставляю себя уговаривать, тем более что после «эротического» ужина я уже в полной боевой готовности.
Когда я, отдыхая, лежу на спине и рассматриваю наши отражения в потолочном зеркале,
