После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
а сама она при этом улыбается.
– Как прикажешь тебя понимать? – спрашиваю я, – То ли ты огорчена, то ли рада? Но и то, и другое преждевременно. Ты же слышала наш разговор: до окончательного приговора ещё далековато. Кора всё сказала, как есть, честно.
– Я не о том, Андрей, – улыбаясь, отвечает девушка, – Мне и домой хочется, и с вами расставаться я не хочу. Но, в любом случае, я вам очень благодарна.
– Пойми вас, женщин, – пожимаю я плечами.
– А что ты думаешь об акции, которую задумал Мог? – спрашивает Лена.
– Что я могу думать? Мы не знаем толком ничего: ни когда это будет, ни сколько их будет. Известно одно: они пройдут переходом и пойдут по берегу реки. Сейчас мы предупреждены, значит, готовы ко всему. Переход мы контролируем. Неожиданностей не будет.
– Что ж, и на том спасибо Старому Волку, – говорит Лена и встаёт. – Пора заниматься обедом.
– Подождите! – вскакивает Наташа, – Как же так? Против вас чтото затеяли, а вы говорите об этом так спокойно!
– А как нам ещё об этом говорить? – удивляется Лена, – Пусть сюда приходят кто угодно. В конце концов, мы кто? Хроноагенты или саксофонисты?
Один за другим чередуются дни. Мы работаем, занимаемся с Наташей. Она уже совсем освоилась. Её уже не только не шокирует появление Лены по утрам в обнаженном виде. Она сама, подражая Лене, выходит теперь к ужину в одних тапочках и полупрозрачной накидке. После ужина они с Леной или беседуют, сидя рядышком на диване или на крылечке, или работают на компьютере, если он свободен. Както вечером, ожидая, когда нагреется препарат, я полюбопытствовал, чем они занимаются и был ошарашен. В этот момент они смотрели шоу сексуального театра в Биологической Фазе.
– Этото зачем? – спросил я Лену, когда мы ложились спать.
– Как зачем? – удивилась Лена, – Она ещё только начинает жить. Надо, чтобы эта жизнь у неё была полноценной во всех отношениях. И вообще, дорогой, не кажется ли тебе, что ты лезешь не в свою епархию?
Что касается моей «епархии», то я придумал, как заниматься технической подготовкой в наших условиях. Я составил программытренажеры, и теперь Наташа по часу, по два в день проводила у компьютера, осваивая различные виды техники. Конечно, всё это потом надо будет отработать в натуре, прежде чем сажать её в кабину самолёта или космического корабля. Но определённые навыки управления техникой Наташа приобретала.
Успешно шли дела и с физической подготовкой. Наташа уже прилично владела шпагой, и мне доставляло большое удовольствие наблюдать, как они с Леной гоняли друг друга по поляне. Рукопашный бой осваиваем несколько тяжелее. Но это и понятно: не хватает физических данных. Но я успокаиваю Наташу:
– Ничего страшного, накачаешься, разовьешь в себе нужные гибкость, быстроту и реакцию. Это дело наживное. Конечно, сейчас тебя в Реальную Фазу в качестве хроноагента выпускать никак нельзя. Но с теми хулиганами, от которых ты к нам сбежала, ты уже сейчас справишься играючи.
У самого у меня не выходит из головы одна забота. Физикохимический анализ показал, что на участке, где исчез Мог, имеется повышенное содержание неустойчивого изотопа Са42 . Причем, его концентрация резко возрастает именно в том месте, где он «свернул за угол». Собственно, этот изотоп и дал тот слабый радиационный фон, который я засёк при первых исследованиях. Что это мне даёт и о чем говорит, мне пока не понятно. А обращаться к Старому Волку я не хочу.
Между тем, приближалась осень. В лесу опять обильно появились грибы. Раза дватри в неделю мы бросали все дела и отправлялись собирать лесной урожай. В погребе наполнялись солёными грибами бочонки, а на чердаке Лена сушит грибы, нанизав их на длинные нити.
По утрам Лена, невзирая на погоду, попрежнему бегала на речку и занималась на поляне гимнастикой. Но дни и вечера становились всё прохладнее. В шортах или в лёгких костюмчиках ходить в лес или проводить вечера на крылечке, слушая моё пенье под гитару, было уже холодновато. Подумав, Лена сотворила на Синтезаторе два кожаных брючных костюма. Себе, как всегда, голубой, Наташе – красный. «В лесу не потеряешься!» – смеялась она.
Всё это время я не забывал о предупреждении Старого Волка, что против нас планируется какаято акция. Но дни шли за днями, а нас никто не тревожил. Однажды, ясным осенним утром, когда Лена уже встала, но ещё не успела убежать на речку, тишину нарушает сигнал дежурного монитора, к которому подключен искатель. Мы с Леной переглядываемся и, не говоря ни слова, бежим в кладовую, где лежат наши мелтановые костюмы и камуфлированные комбинезоны. Открылся переход!
Из своей комнаты выскакивает Наташа:
– Что случилось? Что это за сигнал?
– Ктото к нам пожаловал, – отвечает
