Хроноагент. Гексалогия

Лена, шнуруя ботинки, – Переход открылся.
– Переход!? – переспрашивает Наташа, – А может быть, это Кора его открыла?
– Вряд ли, – говорю я, – Кора обещала нас предупредить за два часа. А этот закроется, мы ещё и собраться не успеем.
И точно. Переход, просуществовав не более четырёх минут, закрывается.
– Что ж, посмотрим, каких гостей нам Время послало, – говорю я, надевая шлем и вешая на плечо автомат.
– А что если это те, о которых говорили Старый Волк и Кора? – встревожено спрашивает Наташа.
– Очень может быть, – отвечает Лена и тоже берёт автомат.
– Я – с вами! – заявляет Наташа.
Смотрю на неё с сомнением: стоит ли её брать с собой? А Наташа настаивает:
– Андрей! Да я же умру здесь от страха за вас, с ума сойду!
– Ничего с нами не случится. И не такие мы дураки, чтобы завязывать бой в лесу. Мы сейчас просто идём на разведку.
– А вдруг они вас обнаружат? Лишняя пара рук не помешает. Ты же сам учил меня стрелять.
Я задумываюсь. Такто оно так. Но времени творить для неё оружие у меня уже нет. Отдать ей свой автомат? Но с тяжелым и длинным пулемётом по лесу бегать не очень удобно.
– Ладно. Возьми мой Вальтер. Только учти, не высовываться и слушать команды беспрекословно. Скажу: «Ползи на брюхе», будешь ползти, хоть пять километров. Если согласна, одевайся, да побыстрее.
Наташа исчезает в своей комнате. Через минуту она выскакивает в своём красном кожаном костюме. Я морщусь: слишком ярко и заметно. Но времени уже нет, и я командую:
– За мной! Бегом!
Бегу, не оглядываясь. В Лене я уверен, а Наташа тоже не вызывает сомнений. Лена с ней дважды в неделю делала пробежки по пятьдесять километров. Выдержит. Метров за триста до перехода перехожу на шаг и перемещаю Лену направо, а Наташу оставляю сзади. Вот и переход. Никого не видно. Подхожу ближе. Ага! На глинистой полосе многочисленные отпечатки следов. Полоса так затоптана, что невозможно определить, сколько же здесь прошло человек. Подзываю женщин:
– Они пошли к реке. Надо узнать точно: сколько их. Я иду прямо, Лена – справа, а ты, Наташа, держись метров на пятьдесят сзади.
– Почему? – обижается девушка.
– Потому, что я так решил. А ещё потому, что костюм твой слишком заметен в лесу.
Наташа, поняв в чем дело, умолкает и подчиняется. Движемся мы осторожно, держа оружие наготове. Не успеваем мы пройти таким порядком и сотни шагов, как до нашего слуха доносится громкий разговор. Голоса несутся с поляны на берегу реки. Не оченьто они остерегаются в незнакомом лесу. Пока отдельные слова разобрать невозможно. Но по мере приближения разговор прослушивается всё отчетливее. Вот между деревьями виден просвет. Сигналю Наташе, чтобы она залегла, и тихо, осторожно, маскируясь кустами и деревьями, ползу к опушке. Вот поляна как на ладони.
Ого! Пятнадцать человек. В основном, арабы. Два негра, два европейца, два прибалта и один японец или малаец. Вооружение тоже пёстрое: автоматы Калашникова, американские винтовки, два «Узи» и даже снайперская винтовка. Она у высокого, тощего прибалта. Разговаривают на какомто жаргоне, но в основе – английский. Понять можно. Они спорят, когда нужно идти: сейчас или дождавшись ночи. Мнения разделились. Сторонники ночной операции ссылаются на предостережение, что им придётся иметь дело с профессионалами. Сторонники немедленного выступления говорят, что какие бы профи там ни были, их всего двое, а они сами тоже не любители. В конце концов, старший, араб лет сорока, в тёмных очках, говорит:
– Хватит спорить! Нечего ждать темноты. Двое, это всего лишь двое. Собираемся.
Всё ясно. Даю условный сигнал и ползком возвращаюсь к Наташе. Через пару минут подползает и Лена.
– Я всё слышала. Что будем делать?
– Как что? Встречать, конечно. Ведь они пришли по наши души и без них возвращаться не намерены. Не будешь же ты убеждать их, что это нехорошо.
– Жаль, что ты не сотворил бластер. Один выстрел, и привет, – сожалеет Лена.
– И так хороши будут. У нас есть чем их встретить.
– А сколько их? – спрашивает Наташа.
– Пятнадцать.
– Ой! Как же мы от них отобьёмся?
Я смотрю на Наташу. Надо же, воевать собралась.
– Вопервых, не мы, а мы, – я показываю на себя и Лену, – Ты рыпаться не вздумай, я тебя под пули не пущу. И не возражай! Ты когданибудь по людям стреляла? Нет! Тото. Не думай, подружка моя, что это так просто. Потому как, вовторых, мы не отбиваться будем, а уничтожать их. Нельзя допустить, чтобы хоть один из них ушел живым. Ты представляешь, в каком мы окажемся положении, если по окрестностям будет слоняться хоть один из этих бандитов? Ну, а втретьих, мы всётаки профессионалыхроноагенты. Лена первого класса, а я экстра. А это чтонибудь